Книга Твоя родословная, страница 12 – Кей Си Кин

Я распахиваю дверь и вижу Кая, стоящего с другой стороны. В одной руке коробки с пиццей и пакет, в другой — поднос с фраппучино. Мои плечи расслабляются, напряжение медленно покидает мое тело.

Его взгляд мгновенно падает на меня, и я теряюсь в его взгляде. Я имею в виду, он и так великолепен, но когда у него в руках все мои любимые угощения, может ли он стать еще горячее?

— Сакура, не волнуйся, я не помешаю. Джессика использует меня как мальчика на побегушках, — говорит он, и на его губах играет улыбка.

— Спасибо, — бормочу я, не в силах предложить ничего, кроме небольшой помощи от себя.

Я вижу, что он хочет помочь любым доступным ему способом. Он всегда мог наблюдать за мной и понимать меня, иногда еще до того, как я понимала себя. Обычно Кай не из тех, кто вламывается силой, но я могу сказать, что он хочет этого.

Явсе еще стою как вкопанная, когда он входит и расставляет все для нас на кофейном столике. Он переводит взгляд с Рыжей на меня, когда она заговаривает.

— Кай, теперь ты можешь уйти. Ты мешаешь девочкам проводить время, и мы собираемся посплетничать о тебе. Этого не может случиться, когда ты здесь, ясно?

Я вижу удивление в его глазах от ее вспышки, но там есть и намек на веселье. Ему нравится идея, что мы говорим о них, она предлагает ему что-то… надежду.

— Сакура, — бормочет он, кивнув, а затем выходит. Боже, это было тяжело. Хрипотца в его голосе вызывает у меня желание броситься в его объятия и позволить ему защитить меня от этого сумасшедшего мира. Жаль, что я решила, что его безопасность сейчас важнее моих собственных нужд, иначе я бы уже была поглощена им.

— Ладно, девочка, давай устроим наши задницы поудобнее. Я выбрала для тебя фильм «marvel». Я не хотела доводить тебя до крайности девчачьими разговорами идевчачьим фильмом, — говорит она, подмигивая, заставляя меня закатить глаза от ее неуклюжей попытки узнать все сплетни.

— Да, вот она, со стервозным закатыванием глаз, которое я так люблю! Ууу, давай, капитан, поехали.

Эта девушка сумасшедшая, но я ловлю себя на том, что устраиваюсь поудобнее на диване, когда она укрывает нас одеялом и придвигает кофейный столик поближе.

Я едва успеваю поднести к губам свой первый кусочек жирной пиццы, когда она поворачивается ко мне лицом.

— Значит, тебе нравятся все мальчики, да?

Она застает меня врасплох на середине укуса, заставляя поперхнуться. Она не лезет со своими вопросами.

Я обдумываю, как лучше ответить. Я могу сказать, что если я скажу что-то, что может быть неверно истолковано, она в мгновение ока станет играть за команду «Тузовых задниц», если уже не стала.

— Да, так и было.

— Нет, ты все еще любишь их. Ты просто все отрицаешь, — говорит она, указывая пальцем в мою сторону.

— Я? — спрашиваю я, избегая ее взгляда, не желая, чтобы она увидела правду в моих глазах.

— Не играй со мной в дурочку, Луна. Мы обе знаем, что ты накрутила их на мизинец, и тебе все это нравится.

— Я не могу отрицать, что это не так, Рыжая. Просто… многое произошло за последнюю неделю. Этого достаточно, чтобы я пересмотрела все свои эмоции и действия. И, наконец, в довершение всего, Роман,блядь, монументально лгал все это время. В этом слишком много драмы, и они слишком сильно отвлекают. — я выдыхаю, запихивая себе в рот еще пиццы, чтобы хоть на мгновение не выдать своих чувств.