Книга Твоя родословная, страница 141 – Кей Си Кин

Ее слова ударили меня прямо в грудь, и у меня почти перехватило дыхание, я могла бы уплыть прочь. Посмотрев налево, я вижу, что Паркер уже смотрит на меня с восхищением в глазах, и это дает мне основание. Меня пугает, насколько правдивы ее слова после того, как мы знаем друг друга всего два месяца. По большому счету, сейчас совсем не время, но этот мир, в котором мы находимся, может убить и нас завтра.

Паркер убирает мою руку со стола, прикасается губами к костяшкам пальцев и запечатлевает там нежный поцелуй. Как будто он тоже чувствует эффект от ее слов.

Затем официант решает принести нам воды, и момент упущен. Убирать бокалы не требуется, он быстро уходит, снова оставляя нас наедине.

— Я рад, что проявил такие хорошие качества, когда срывался и спорил с вами, — говорит Паркер, застав меня врасплох, когда Мария хихикает.

— Именно твоя подавленность и склонность к спорам проявили эти качества. Это было довольно освежающе. Ты знаешь, сколько людей на самом деле смотрят мне в глаза в эти дни? Членство в Кольце вселяет страх в окружающих. — она вздыхает, когда на стол подают еду. Вокруг стола расставлены блюда разных сортов, в то время как вокруг нас установлено несколько приставных столиков с большим выбором блюд.

Разнообразие морепродуктов, мясной нарезки, сыров, фруктов и столько тортов, что мне кажется, я на небесах, заполняют все пространство, и я внезапно радуюсь желанию Марии поужинать здесь. Все потрясающе пахнет и выглядит супер свежей, хотя это не та пицца, которую я бы предпочла, я не жалуюсь.

Ни один из нас не поддерживает никакой беседы, погружаясь в окружающую нас еду, которая невероятно вкусная. Если подумать, то ни один из этих остряков не приглашал меня на настоящее свидание за стенами Физерстоуна. Им лучше привести меня сюда в следующий раз, когда у нас будет пять свободных минут. Или, может быть, мне нужен девчачий денек здесь с Рыжей, в любом случае я заслуживаю гребаного свидания.

— Ты в порядке, Луна? Ты, кажется, злишься, — спрашивает Мария, удивляя меня, обычно у меня лучше получается скрывать свои эмоции, даже не пытаясь. Должно быть, она умеет читать мои мысли или что-то в этом роде, потому что продолжает. — У тебя на лбу появляется едва заметная морщинка, совсем как у твоего отца, — говорит она с мягкой улыбкой, и я обнаруживаю, что поднимаю руку, чтобы проверить. Она не ошибается, это определенно есть, и это почти доводит меня до слез.

Я не хочу менять выражение своего лица из-за страха, что оно исчезнет, — эта черта досталась мне от моего отца.

— Этот сукин сын, — бормочу я, на этот раз хмурясь в полную силу.

— Что? — Паркер спрашивает с беспокойством, но я смотрю на Марию, когда отвечаю.

— Раф всегда знал, когда я злюсь или слишком сильно о чем-то задумываюсь, но он никогда не говорил мне, как. Дело в этом, не так ли? — драматично спрашиваю я, указывая наморщинку, которая заставляет Марию только посмеиваться надо мной.

— На сто процентов. Эти двое знали друг о друге все, и об этом взгляде всегда ходила шутка, — говорит она так небрежно, но это дает мне такое представление об их жизни. Радость и счастье, которые они разделили и в которые привели меня.

Один из людей Марии внезапно подходит к столу с мобильным телефоном в руке и прерывает наш разговор.