Книга Твоя родословная, страница 59 – Кей Си Кин

— Почему? — я не понимаю, что за этим стоит. Я делаю глоток своего фраппучино, прокручивая в голове все, что он сказал. Я позволяю звуку кофеварки на мгновение отвлечь меня от этого беспорядка. На удивление, это довольно расслабляюще — слушать журчание кофеварки, знаете ли, если вы хотите, чтобы у вас постоянно болела голова. Заставляя себя повернуться лицом к Уэсту, я терпеливо жду ответа.

В конце концов он отвечает: — Потому что ты моя Луна Мун.

— Что это, черт возьми, должно означать, Уэст? — я не могу говорить тише, и несколько человек поблизости оборачиваются, но я просто смотрю в ответ.

— Это значит, что он хотел, чтобы ты принадлежала только ему, — ворчит Роман. Я думаю, это просто его альфа-ревность берет верх.

— Заткнись нахуй, Роман. Это вообще не имеет к этому никакого отношения. — он вздыхает, пытаясь успокоиться, прежде чем повернуться ко мне. — Луна, я в последний раз видел тебя, когда тебе было шесть лет, а мне десять. Понимал ли я, что от меня ожидают серьезных отношений с тобой? ДА. Понимал ли я, что мне придется делить тебя с Романом? ДА. Хотел ли я этого? Честно говоря, нет.

Меня снова поражает его честность, я вижу правду в его глазах.

— Итак, что ты подразумеваешь под своей Мун?

— Я имею в виду, что ты моя Мун, сестра, которой у меня никогда не было. Назови мне случай, когда я вел себя иначе, чем твой друг. Я никогда не видел тебяв сексуальном плане, Луна. Без обид. — он поднимает руки, сдаваясь, и я на мгновение задумываюсь.

Самый близкий момент, когда между нами было что-то почтисексуальное, был, когда я посчитала, что с ним легко переспала бы после моего боя. Теперь это кажется чертовски неловким, я съеживаюсь про себя, но в остальном я действительно ничего не понимаю. Я киваю в знак согласия, и он продолжает.

— Я помню, как впервые увидел вас, вас обоих. Мне было четыре года, и меня не впечатлил этот сопляк, вечно плачущий и требующий всеобщего внимания, — говорит он, указывая на Романа. — Потом появился еще один ребенок, который не плакал и спал как ангел. Я помню, как заглядывал в твою детскую корзинку, а твой отец присел на корточки рядом со мной.

Он на мгновение замолкает при упоминании моего отца, но сейчас со мной все в порядке. Пока никаких срывов.

— Я никогда не забуду его слов, Луна. Он сказал: — Неважно, что произойдет Уэст, мы сделаем все возможное в этой жизни, чтобы защитить нашу девочку. Мы будем нужны ей, даже если она считает, что это не так. Мы боремся за нашу семью, и, несмотря ни на что, мы такие, какие есть.

Он собирается продолжить, когда Роман прерывает его.

— Я не был плаксивым сопляком, вредный Уэст, забери блять свои слова обратно.

Я не замечаю ни его тона, ни реакции Уэста, поскольку с головой погружаюсь в воспоминания.

Оглядывая озеро, я оглядываюсь и вижу позади себя большую бревенчатую хижину. Полностью из темного дерева с шиферной крышей, высотой в два этажа и смехотворно широкой. Моему детскому воображению это похоже на замок. Я вижу своего отца, Рафа, и две другие пары. Один из мужчин похож на отца Романа, Рыжаяжи Риверу. Они все улыбаются с балкона второго этажа и машут в мою сторону.

Моя маленькая ручка машет в ответ, когда я сажусь на маленький деревянный причал, мои ноги свисают с края, но не касаются воды. На мне ярко-красный купальник с маленькими белыми цветочками по всему телу.