Книга Твоя родословная, страница 69 – Кей Си Кин

Его губы сжимают мои, когда он требует от меня большего. Беря именно то, что он хочет, я теряюсь в его прикосновениях, когда его зубы впиваются в мою нижнюю губу. Стон, который вырывается у меня, не поддается контролю.

Каждый. Раз.

Внезапно меня стаскивают с Оскара и перекидывают через чье-то плечо. Я не могу сдержать вскрика, срывающегося с моих губ. Задница,которая внезапно оказывается у меня перед носом, говорит мне, что это Роман, в то время как все остальные смеются вокруг нас.

Кроме Оскара, который ноет: — Роман, перестань быть таким мудаком. Ты должен делиться со мной. — заставляя всех смеяться еще громче.

— Отпусти меня, Роман.

— Ни за что, принцесса. Я умираю с голоду, и если я поставлю тебя на стол, мы все продолжим передавать тебя по кругу, чтобы попробовать, — я чувствую ухмылку на его губах, как будто он гордится собой. — О твоих губах, то есть. — он шлепает меня по заднице для пущего эффекта.

Грязная гребаная «Тузовая задница», доводящая меня до белого каления.

Он провожает нас к лифту, и я пытаюсь вытянуть шею, чтобы увидеть остальных.

— Помогите мне, ребята.

— Но ты выглядишь такой горячей, на минуту совсем беспомощной, Ангел. Это наводит меня на кое-какие идеи, — говорит Паркер, подходя ближе с ухмылкой на лице. Он целует мой открытый рот, прежде чем обойти нас и войти в лифт.

— Доброе утро, капитан, — говорит Рыжая, наклоняясь и запечатлевая быстрый поцелуй на моих губах, копируя Паркера и со смешком следуя за ним. Она ведьма, вдохновительница.

— Напомни мне, почему мы подруги? — я ворчу на нее.

— Потому что ты любишь меня, так что тише.

Роман заходит в лифт позади всех, радуясь, что я здесь. Я имею в виду, что не все так плохо, по крайней мере, я хорошо вижу его задницу, когда он идет. Именно тогда меня осенила мысль, и я медленно запустила руку в его серые джоггеры. Идиоту следовало надеть джинсы, вместо этого у меня есть более легкий доступ.

Просовывая руку и ему под боксерские шорты, я касаюсь округлости его задницы.

— Блять, принцесса, — бормочет он, что только подбадривает меня. Я не хочу представлять, как мы выглядим прямо сейчас, это просто превратилось в забавное поддразнивание.

Я опускаю руку ниже, пока не нащупываю тыльную сторону его яичек, нежно поглаживая их. Его хватка на моих ногах усиливается почти до боли, но я не останавливаюсь. Вместо этого я нежно сжимаю его мешок в своих руках, и он стонет так громко, что становится очевидно, что я играю нечестно.

Он внезапно перекидывает меня через плечо и загоняет в угол лифта.

— Ты маленькая гребаная дразнилка, — шепчет он мне в губы, прежде чем прижаться своим ртом к моему. Его губы доминируютнад моими, когда он проникает глубже, всегда желая от меня большего. Я пытаюсь прикусить его губу, но он удерживает меня на месте, заставляя замирать, пока поглощает меня. Мы не слышим, как открываются двери лифта, и не замечаем тот факт, что мы остановились, пока Рыжая не откашливается.

— Извини, что прерываю секс-вечеринку, но я больше не собираюсь держать двери открытыми.

— Твою мать, — это все, что Роман может выдавить из себя.

Я оглядываюсь, и все ждут в вестибюле. Рыжая, скрестив руки на груди, смотрит в нашу сторону, в то время как парни смотрят с полной похотью в глазах. Это только вызывает у меня желание остаться и поиграть еще немного.