Книга Наша родословная, страница 5 – Кей Си Кин

— Я пойду с тобой, принцесса. Мы можем пойти туда до или после встречи с агентом, как ты захочешь, — предлагает Роман, и она слегка улыбается, закрывая глаза.

— Отлично, в воскресенье я встречаюсь со своей бабушкой. Самое время. Я не разговаривала с ней после Вашингтона, и она, возможно, сможет добавить что-то, что мы упустили, — говорит она, не открывая глаз, и ее голос становится мягче.

Никто не отвечает, пока мы все сидим и смотрим на нее, она выглядит такой умиротворенной, что мое сердце готово разорваться. Оскар проводит рукой по волнам ее каштановых волос, и мы все смотрим, как она засыпает.

— Она слишком много работает, — шепчет Кай, не желая ее беспокоить.

— Ты прав. Между занятиями, дополнительными тренировками и открывающимися из ниоткуда судьбоносными открытиями у нее действительно не было времени отдохнуть, — добавляет Роман, глядя на ее спящую фигуру.

Пользуясь случаем наконец произнести эти слова вслух и обсудить их со своими братьями, я как можно тише прочищаю горло.

— Пока она спит, возможно, сейчас самоевремя рассказать вам о том, о чем она спросила меня, когда мы ехали сюда на машине.

Три головы поворачиваются в мою сторону, в глазах у каждой из них недоумение.

— О чем ты говоришь? — спрашивает Роман, но я качаю головой.

— Нам нужно перенести этот разговор на кухню, если мы не хотим ее разбудить. — я киваю головой в том направлении, и они тихо выбираются из-под нее, стараясь при этом не потревожить ее мирный сон. Оскар вбегает в ее спальню и через несколько мгновений возвращается с ее подушкой и одеялом из изножья кровати.

Я встаю и смотрю, как он аккуратно накрывает ее, как это делают остальные, прежде чем направиться на кухню.

Инстинктивно хочется пойти на кухню и включить для нее кофеварку. Качая головой, я возвращаюсь к холодильнику, который стоит ближе к дверце, и беру бутылку воды, раздавая ее и остальным.

— Что, черт возьми, происходит, Паркер? Мне было комфортно, когда она лежала рядом со мной, — скулит Оскар, но он, должно быть, видит серьезность на моем лице, потому что немедленно замолкает.

Прислонившись к холодильнику, я наблюдаю, как остальные устраиваются поудобнее, ожидая моего ответа. Кай садится за кухонный стол, Роман прислоняется к стене, а Оскар садится на столешницу.

Черт. Что я должен был сказать? Если это то, что я чувствую сейчас, то что, должно быть, чувствовала Луна в машине? Ритмично потирая рукой татуировку в виде перышка на своей руке, я пытаюсь черпать в ней силу, найти лучший способ повторить ее слова.

— Пока Луна была в Нью-Йорке, она узнала мою фамилию, какой родословной я принадлежу. — я делаю паузу, все еще не поднимая глаз от своих ног, поскольку все вокруг меня молчат. — Она не хочет, чтобы я был под контролем Рико. Луна хочет, чтобы я продолжил ее родословную… через брак.

Сделав глубокий вдох, я чувствую себя немного лучше теперь, когда наконец произнес эти слова вслух. Никто ничего не сказал, и как бы сильно я не хотел смотреть на их реакцию, я должен это сделать. Это меняет мою жизнь, и Луна делает меня сильнее, так что обсуждать это с этими ребятами — ничто в общем плане вещей.

Сначала я смотрю на Романа, другой мой источник силы, и по тому, как напрягаются его глаза, я вижу, что его мозг работает сверхурочно, чтобы понять, что я только что сказал. Взглянув на Кая, я вижу, что он застылна месте так же, как и Роман, открыто уставившись на меня. Переводя взгляд на Оскара, я с удивлением вижу, что он хмурится, в его глазах обида, а его обычного озорства нигде не видно.