Книга Наша родословная, страница 83 – Кей Си Кин

Она права. Это чертовски горячо, интимно, идеально. Я смотрю на нее сверху вниз и вижу, что она уже улыбается мне. Оскар и Паркер тоже выглядят совершенно невозмутимыми. Я ещесекунду изучаю лицо Паркера, убеждаясь, что он внутренне не сломлен, но он улыбается, показывая, что с ним все в порядке.

— Они разместили это здесь, чтобы застать нас врасплох, вызвать приступ ярости и сделать неряшливыми, — бормочет Кай, и я киваю в знак согласия.

— Мы не позволим им вот так добраться до нас, — настаивает Луна. — И если бы у нас было время прямо сейчас, мы бы трахнулись с этими фотографиями, просто чтобы показать им, что нам все равно, но у нас есть оружие не просто так. — на ее губах появляется улыбка.

— И я бы предпочел, чтобы бабушка Стил и Раф не кастрировали меня, когда мы выберемся отсюда, — добавляет Паркер, и я качаю головой.

Из-за соседней двери доносится грохот, прерывающий наш разговор и приводящий нас всех в состояние повышенной боевой готовности, с поднятым оружием и готовыми к действию. Хардкорная, тяжелая басовая музыка внезапно окружает нас, отдаваясь в ушах, мешая нам услышать, как кто-то приближается. Что-то ударяется о противоположную сторону стены, которая рикошетит перед нами.

Кай подходит к двери, берясь за ручку. Луна прямо за ним, в то время как Паркер и Оскар стоят дальше в комнате со мной. Он смотрит на нас, ожидая подтверждения, прежде чем распахнуть дверь. Луна отпрыгивает назад, когда тело падает на пол к ее ногам.

— Это что?..

— Да, — бормочу я в ответ Луне, пока мы все смотрим на Нила Портмана с отрубленными руками и выколотыми глазными яблоками. Кровь льется из его тела рекой, пока мы стоим там и в шоке смотрим. Мы здесь всего пятнадцать минут. Как, черт возьми, он уже так выглядит?

Внезапно в открытую дверь влетает топор, проносясь мимо головы Кая и вонзаясь в комод позади нас.

Что. За. Нахуй.

Не теряя ни секунды, мы все бросаемся на помощь Каю, но он со своим обычным спокойным поведением вытаскивает лезвие из кобуры на поясе, и небрежным движением запястья нож покидает его руку. Бросаясь к двери, чтобы поддержать его, я наблюдаю, как парень, одетый в белый лабораторный халат, весь в крови, падает на колени в противоположном конце комнаты.

Клинок Кая торчит из груди нападавшего, прямо там, где находится сердце, и он в шоке смотрит на рану. Наблюдая, как краска отливает от его лица, как красное пропитывает его лабораторный халат, я вздыхаю с облегчением. Стоя перед Каем, я осматриваюего, убеждаясь, что он не порезался. Он качает головой, и я понимаю, что с ним все в порядке. Похлопав его по плечу, я прохожу дальше в комнату, один.

Брызги крови на каждой поверхности, а столешницы загромождены чем-то похожим на кишечник и другие органы. Больничная койка стоит в центре большой комнаты, руки, глазные яблоки и язык Нила небрежно брошены сверху. Кажется, здесь больше никого нет, когда я осматриваю каждый дюйм этой похожей на больничную палату комнату. Я замечаю окровавленные инструменты, небрежно разложенные на серебряном подносе на столешнице, которые, вероятно, использовались против Нила.

Черт, от этой сцены меня даже подташнивает.

Включается телевизор, висящий на настенном креплении в углу комнаты, и лицо Рико заполняет экран. Тьма окружает его, не выдавая ничего другого.