Онлайн книга «Наша родословная»
|
— Ром, вперед! — кричит Оскар, не отставая от остальных, и я бегу трусцой, чтобы догнать его. Идя рядом с Каем, я пытаюсь осмотреть его рану. Он теряет довольно много крови и выглядит бледным. — Надеюсь, уже не слишком далеко, чувак, — говорю я, и он кивает. — Я в порядке, — отвечает он, но его голос тоже звучит слабо. Глядя перед собой, мы видим, что лес открывается до просвета в деревьях. Большой черный внедорожник праздно припаркованпосреди него, водительская дверь все еще открыта. — Я поведу, — кричит Раф, открывая для нас заднюю пассажирскую дверь. Брайс забирается внутрь, укладывая Луну поперек сидений лицом к спинке. Кай сидит лицом к ней, откинув голову на спинку сиденья, на его лице читается боль. Паркер садится рядом с ним, пока Оскар обходит машину, чтобы сесть впереди с Рафом. Прежде чем Брайс успевает сесть с Луной, я забираюсь внутрь, кладя ее ноги себе на колени. Запрыгивая в машину позади меня, он закрывает дверцу и садится рядом с Паркером. Не теряя ни секунды, Раф садится за руль и нажимает на педаль газа. Я выдыхаю, даже не осознавая, что задерживаю дыхание, и смотрю вниз на Луну. Нам нужно поговорить о неудобных моментах, когда она без сознания. Моя нога на ощупь прохладная, почти влажная, и когда я провожу по ней рукой, мои пальцы ощущают липкую субстанцию крови. Быстро взглянув на Брайса, я вижу, что его рука тоже вся в крови. Поднимая ногу Луны, я вижу порез на ее боевых штанах и рану под ним. Прежде чем я успеваю снять куртку, чтобы обернуть ее ногу, футболка Брайс падает мне на колени. Я пытаюсь улыбнуться в знак признательности, но мое внимание сосредоточено на остановке кровотечения. Завязывая рубашку как можно туже, я продолжаю давить, замечая, как Паркер помогает Каю. Какое же это было дерьмовое шоу, но мы все здесь вместе, живые, и это самое главное. ***** (Луна) Легкий гул подо мной пытается заманить меня обратно в сон, но стук в голове невыносим, заставляя меня бодрствовать. Открываю глаза, кремовый кожаный диван передо мной заставляет меня нахмуриться. Облизывая пересохшие губы, я пытаюсь понять, что, черт возьми, происходит. Проводя рукой по лицу, я замечаю грязь и кровь, въевшиеся в бороздки на моих пальцах и ногтях, что заставляет меня остановиться. — Она проснулась, — шепчет Роман, и я бросаю взгляд на диван, на котором, кажется, лежу. Где мои ноги лежат у него на коленях. Что ж, по крайней мере, я не одна. Он мягко улыбается мне, его усталые глаза изучают меня, когда он нежно поглаживает мою ногу. — Привет, принцесса. Как ты себя чувствуешь? Я пытаюсь разобраться в своих чувствах, но все это — одна огромная боль. Пульсация в голове и ноге немного перевешивает все остальное, но в целом, я думаю, что со мной все в порядке.Попытка вспомнить, почему я оказалась в таком состоянии, занимает у меня мгновение, но в ту секунду, когда я мысленно вижу лицо Тотема там, в Трущобах, мое сердце начинает бешено колотиться в груди. Кай. Кай истекал кровью, мне нужно убедиться, что он жив. — Все в порядке, принцесса. С Каем все в порядке, доктор позаботился о нем. Он спит, — отвечает Роман, очевидно, я снова говорила вслух. Ухмылка на его красивом лице говорит мне, что я все еще сплю. Пронзительные карие глаза Тотема и зачесанные назад темные волосы постоянно мелькают в моем сознании. Я никогда не смогу забыть, как он выглядит, шрам, который тянется от уголка его глаза до самого подбородка, ни с чем не спутаешь. Добавьте к этому тот факт, что его шею покрывает татуировка с толстым черным курсивом, единственная в своем роде, с надписью "Тотем". |