Книга Испорченный Найт-Крик, страница 21 – Кей Си Кин

Я снова пытаюсь разглядеть водителя через зеркало заднего вида, но теперь вижу, что стекла тонированы, и я не могу сосредоточиться на них, а также следить за дорогой.

Сделав глубокий вдох, я в последнюю минуту выбираю направление, дергая G-Wagon влево, оставаясь при своем решении бежать. Это продолжается по красному стальному мосту,который пересекает одну из рек Маунт-Джеймс, решив взять свою жизнь в свои руки и убраться к чертовой матери из этого места.

Мои пальцы дрожат, когда я крепко сжимаю руль, давлю ногой на педаль газа и набираю скорость, поскольку дорога свободна. Сфокусировав взгляд на асфальте впереди, я вижу, как стрелка спидометра показывает пятьдесят пять. Страх и паранойя берут верх, когда я впадаю в панику, убирая ногу с педали газа, прежде чем потеряю контроль из-за того, что не могу полностью сосредоточиться на дороге.

Продолжая двигаться к мосту, я стараюсь объехать небольшой проселок на дороге, немного сворачивая вправо, когда музыка стихает и звук моего рингтона наполняет машину. Я бросаю взгляд на приборную панель и вижу имя моей мамы, мелькающее на экране, поэтому спешу нажать кнопку ответа на руле, продолжая ехать к мосту.

— Мама? Мама! — Я кричу, страх в моем голосе слышен в каждом слоге, который срывается с моих губ, когда внедорожник приближается к моему бамперу.

— Иден? Иден! Что происходит?

— Я… я больше не могу здесь оставаться. Я не могу ничего из этого делать. Кто-то, блядь, преследует меня, и… и мне страшно, мам, пожалуйста. Я рядом с автомагистралью между штатами. Скажи мне, где повернуть, куда ехать… просто что угодно.

Внедорожник рвется вперед, задевая мой задний бампер и отбрасывая меня вперед, пока я пытаюсь держать машину прямо. Крик вырывается из моего горла, когда я начинаю пересекать мост в направлении федеральной автомагистрали. Я понятия не имею, как долго длится эта чертова металлическая смертельная ловушка, но чем быстрее я выберусь из нее, тем в большей безопасности буду чувствовать себя.

— Черт, — слышу я, как бормочет моя мать, и меня охватывает паника, пока я жду, что она скажет что-нибудь еще. Сделав глубокий вдох, она зовет меня по имени. — Иден, мне нужно, чтобы ты выслушала меня. Тебе нужно развернуть машину и вернуться в дом Фримонтов, хорошо?

— Ты что, меня не слушаешь? — Я кричу. — Я не могу этого сделать, и уж точно не могу, когда какой-то внедорожник пытается столкнуть меня с дороги.

— Все будет хорошо, милая, — шепчет она, и это звучит так, как будто она пытается прикрыть трубку, но я все равно слышу ее слова громко и отчетливо. — Ты должен отвязаться от моей дочери прямо сейчас. Мне похуй, кто следитза ней. Если что-то случится с моей девочкой, я заставлю тебя пожалеть о том дне, когда ты родился. Мы все играем в ваши гребаные игры. Хватит, значит, хватит. — Ее голос звучит убийственно, полный контраст с мягкой и чрезмерно эмоциональной женщиной, к которой я привыкла, но что смущает меня еще больше, так это то, к кому она обращается. Тем более что я могу поклясться, что слышу мужчину на заднем плане.

Страх заставляет меня еще немного сбавить скорость, и я сбрасываю ее менее чем до сорока миль в час. Паника продолжает душить меня, когда я практически вдавливаю себя обратно в сиденье, вцепляясь в руль изо всех сил.