Книга Золотые мятежники, страница 41 – Элис Кова

— Понятно… — Женщина улыбнулась, достаточно широко, чтобы ее клыки сами по себе стали вызовом. Ее глаза действительно были знакомы. Не только по цвету, форме и оттенку… но и по кровожадной безжалостности, которую он видел во взгляде Арианны. Это была жажда мести, которую он начинал понимать слишком хорошо. — Как хорошо, что ты так предан своему дому.

— Нам повезло. — Кварех остался на месте. Он не хотел ввязываться в драку — ни с двумя Всадниками на земле, ни с этой загадочной женщиной, ни с Финниром — никчемным трусом, которого Дом мог бы разорвать на части, ни тем более с Королем-Драконом в полудневной поездке, которому, без сомнения, не терпелось высвободить всю свою мощь и уничтожить Дом Син.

— Кстати, о великой преданности… — Женщина обвела взглядом собравшихся. — Король Драконов прислал меня, чтобы я осталась с Финниром на время его перехода на пост Оджи. Я — Мастер-Всадник Фейи Рок'Да То, и я буду следить за тем, чтобы в это трудное время не было неподобающего поведения по отношению к тем, кто, без сомнения, предан его верховному правлению.

— С нами будут нянчиться…

— Каин, хватит. — Кварех ненавидел себя. Он ненавидел себя за то, что в тот момент, когда его когти разжались, он направил их на своего друга, самого преданного их имени.

Но его рука, отведенная назад, и когти, тускло блеснувшие в солнечномсвете, произвели нужный эффект. Каин ошеломленно молчал. Он повернулся к Квареху в ярости, которая быстро утихла.

Кварех выплеснул всю ярость ему в лицо, когда он отвернулся от Финнира и женщины, а два других Всадника находились на дальнем конце платформы, уже на полпути к выходу.

Все они были в ярости. Каждый член Дома Син был зол и носил неудобный знак траура. Но он не позволил бы им совершить глупость, которая приведет их к гибели.

— Прости меня, Кварех'Рю. — Каин опустил глаза.

— Разве не ты должен просить у меня прощения? — От голоса Фейи по позвоночнику Квареха пробежали мурашки. — В конце концов, я здесь от Ивеуна'Доно.

Каин молчал. Кварех умолял его без слов. Он не хотел, чтобы на этих камнях была кровь, и не Каина.

— Я с нетерпением жду чести видеть среди нас того, кого наш Доно так высоко ценит, — вымолвил Каин.

Женщина поняла, что он неискренен, лишь по ее улыбке. Это было очевидно. Но она приняла эту банальность и вернулась к Финниру.

Немного ослабив напряжение, по крайней мере, на данный момент, остальные Всадники поднялись в небо, несомненно, чтобы при первой же возможности доложить Ивеуну о случившемся.

Никто из других членов Дома Син не двинулся с места. Все они снова смотрели на Квареха в поисках ответов, которых у него еще не было. Дом, который он так любил, быстро превращался в поле битвы.

Кварех начал первым.

За ним послышались знакомые шаги.

Каин следовал за ним до самой его комнаты, преследуя, как хищник. Кварех держал руки на виду, расслабленные, с когтями в ножнах. Он не тратил столько сил на приемную платформу только для того, чтобы разделаться с Каином наедине.

Первым делом Кварех направился к комоду. Ему нужна была новая одежда. Она была испачкана воспоминаниями о том, как он называл Финнира «Оджи». Он посмотрел на ворох тканей на полу. Ему придется нанять нового портного, если он будет вынужден выбрасывать одежду только потому, что использовал «Оджи» по отношению к брату.