Книга Драконы Новы, страница 127 – Элис Кова

Флоренс должна была верить в то, что перед ней Харвестер. Этот человек подходил к туннелям с многолетними знаниями и с бесстрашием Ворона, прыгающего в Подземелье. Скорее всего, в его голове вертелась ментальная карта, не хуже, чем у Арианны. Последняя мысль вселяла в нее надежду. Если Флоренс будет думать о нем, как Арианна, она сможет обрести веру, которая ей так необходима.

Она крепче сжала свободную руку Пауэлла.

Они подошли к другой двери, на этот раз незапертой. Свет залил туннель, как только Пауэлл уперся в него плечом. Облегчение, которое Флоренс могла почувствовать, резко оборвалось из-за скрипа петель и криков, поднявшихся, как жар от костра.

Они вчетвером бежали по узкому подиуму, подвешенному над конечной станцией Фаре. Три платформы были свободны, с четвертой уже отправлялся поезд. Мужчины и женщины заполонили платформу, пытаясь прижаться к судну в странной надежде, что им удастся удержаться. Оставался пятый поезд, от которого уже валил пар и затуманивал зрение, так как двигатель начал нагреваться.

— Мы должны успеть на этот поезд! — крикнул Пауэлл.

Ноги Флоренс горели, ступни были как камни, но она продолжала идти вперед. Она справилась с онемением настолько, что, спускаясь по еще одной длинной лестнице к хаосу на платформе внизу, даже не почувствовала боли в босых ногах. Пауэлл продолжал прокладывать им путь, Дерек шел рядом с ним. Флоренс прижалась плечом к плечу Норы, сцепив локти.

— Пауэлл! — позвал мужчина из одного из открытых вагонов. — Пауэлл, сюда!

— Макс, — крикнул Пауэлл в ответ. Вокруг них сгрудились Харвестеры, все отчаянно пытались прорваться к одному и тому же отверстию.

— Пустите нас! Пропустите! — скандировали люди и плакали. Они умоляли и торговались. Но у тех, кто находился в вагоне, не было для нихрешения. Чтобы освободить место для тех, кто находился на платформе внизу, требовалось, чтобы те, кто ехал в поезде наверху, уступили свои места.

Пауэлл спрыгнул в вагон, поддерживая Дерека под локоть. Флоренс потянулась за предложенной рукой, когда Нору оторвали от ее бока.

— Этот поезд для Харвестеров, — прокричал какой-то мужчина.

— Нора! — Флоренс и Дерек закричали в унисон. Их подруга сжалась в комок на земле, затерявшись в толпе ног.

— Пусти меня!

— Нора! — Флоренс попыталась оттеснить подругу. Мужчина шагнул к ней.

Его руки протянулись к ней. Он собирался схватить ее за плечи, так же как и Нору. Он собирался схватить ее и тоже сбросить на землю. Она будет не более чем валяющийся куском плоти, на которую не обратят внимания в этом хаосе, как на жизнь, менее ценную, чем жизнь тех, кто на нее наступит.

Флоренс потянулась к кобуре, которая теперь никогда не покидала ее плеч. Один револьвер, шесть канистр. Она выхватила оружие и направила ствол прямо между глаз мужчины.

— Тронь меня, и я выстрелю.

Борьба или бегство. Флоренс тяжело вздохнула. Борьба или бегство. Мужчина схватил ее за плечи. Борьба или бегство, борьба или бегство, борьба или…

Борись!

Флоренс нажала на курок, в упор разнеся половину лица мужчины. Его кожа взорвалась, выгибаясь назад и в сторону от эпицентра взрыва. Контактный выстрел испарил его череп и раздробил мозг. Полетели кровь и горючее.

Окружающие были ошеломлены коротким мгновением тишины. Мир замер, когда все разом осознали то, что должны были знать с самого начала. Каждый выбор, каждое решение теперь было суждением о том, чья жизнь ценнее. И каждый мужчина, женщина и ребенок всегда поставит свою жизнь выше других — в силу инстинкта, если не более того.