Книга Между Пламенем и Тьмой. Академия Пограничья, страница 112 – Лена Бутусова

– Я готов подискутировать с тобой о причинах гибель миров, но не сейчас, куратор отмахнулся. – Тарлан вытащил тебя и твою семью из закрытого мира, сломав при этом не одну опору, и тем самым поставив под угрозу безопасность соседних миров. В первую очередь, Пограничья.

Я закусила губу – все было так просто и очевидно.

Куратор продолжал:

– На счету Тарлана множество проступков…

– Он бросил Рубеж из-за того, что я влезла на крышу, – я проговорила негромко.

– Это мелочи, – Фурион только отмахнулся. – Есть кое-что посерьезнее. Правда, насколько я помню, тот вердикт уже был погашен, а крылатый понес наказание. Но, судя по настроению Верховной, она знает что-то еще.

Я хотела было спросить еще, но Фурион жестом заставил меня умолкнуть:

– Ведут! Не открывай рот без необходимости, но будь готова говорить, если спросят.

Ввели крылатого. По обеим сторонам от него шли люди в пугающих черных доспехах, за спиной был горный тролль Барух. Запястья Тарлана были крепко перемотаны спереди толстой цепью, и конец этой цепи был как раз у Баруха. Несмотря на скованные руки, крылатый держался с достоинством, вскинув голову и глядя на всех свысока. Он быстро скользнул взглядом по присутствующим, не задержав его ни на Верховной, ни на приорине. Когда на краткий миг мы встретились с ним глазами, мне показалось, что в них вспыхнул огонек улыбки, но Тарлан почти сразу же отвернулся. А я осталась в полном замешательстве, кусая губы и заламывая пальцы.

Обвиняемого оставили стоять перед длинным столом, за которым расположились полтора десятка знакомых и незнакомых мне людей. Верховная, Ливадия,Милана, несколько человек в пугающих черных доспехах и совсем уж устрашающего вида человек в массивном глухом шлеме, похожем на вытянутую пирамиду, закрывающем полностью все лицо и голову.

– Это присяжные, – Фурион счел необходимым пояснить мне. – Они будут решать судьбу командующего. Правда мне совершенно не понятно, что среди них делают инквизиторы и вершитель.

– А у него будет защита? – я внимательно смотрела по сторонам, но кроме стола с присяжными и собственно обвиняемого, не видела никого, кто собирался бы играть на заседании активную роль.

– Должна быть, – Фурион хмыкнул. – Но это закрытое слушание в военной академии, боюсь, что оно может не подчиняться общепринятым гражданским нормам.

В этот момент из-за стола поднялся один из мужчин в черных доспехах – немолодой, с жестким и даже жестоким лицом – и в аудитории повисла гробовая тишина. Заседание началось.

– Всем встать, – голос у человека оказался таким же жестким, как его лицо, и не подчиниться ему было попросту невозможно.

Послышалась сдержанная возня – присутствующие поднимались со своих мест.

– Прошу садиться, – окинув аудиторию цепким взглядом, мужчина кивнул и опустился обратно.

Снова послышалась возня, все сели, кроме Тарлана. Крылатый так и остался стоять в компании Баруха прямо перед длинным столом с присяжными, повернувшись спиной к зрителям.

Чернодоспешный продолжал:

– Мое имя Кир Альтир, сегодня я буду вести слушание по делу главнокомандующего оборонительных сил Пограничья, генерала Мель Тарлана. Генерал обвиняется в следующем…

– Я прошу прощения, уважаемый председатель, – без тени пиетета в голосе Катарина прервала говорившего. – Мне кажется, перед оглашением обвинений стоит пояснить аудитории то положение, в котором находится командующий, иначе нас могут осудить за излишнюю жестокость, – она элегантно указала рукой на толстенную цепь, перевившую руки крылатого. Казалось, эта цепь весила целый центнер, а уж насколько плотно была скручена, оставалось только гадать.