Книга Магический университет. Адептка культа, страница 12 – Соня Безворотняя

В янтарных глазах Дана плескалось настоящее пламя. Дикое, злое, опасное. В первую очередь для него самого.

— Спокойно, — тут же выдохнула я, стараясь успокоить то ли его, то ли себя. Мало кто знал, но у Дана были проблемы с самоконтролем, и если дать бурлившей внутри него энергии выплеснуться— мало никому не покажется.

— Я спокоен, — прорычал он.

— А то я не вижу, — не согласилась я и, подойдя к парню, крепко обняла. Внутреннее пламя уже начало искать выход наружу, ладони и шею, не прикрытые тканью обожгло, но я держалась. Не ослабила хватку и тогда, когда почувствовала, как в груди начала болью пульсировать магия. Тьма пыталась хозяйку, предупреждая, что от этого источника чистого света стоит отойти как можно дальше. Но я только сцепила руки крепче, стараясь практически не дышать, пережидая приступ ярости друга и надеясь на то, что успокоится он быстро.

Через несколько минут его тело расслабилось, дыхание восстановилось, а из глаз ушел тот самый огонь, который пугал меня еще с детства. Мне фыркнули на ухо, и я, наконец, смогла оставить Дана.

— Не думала, что тебе настолько тяжело переживать эту ситуацию, — призналась я.

— Еще как, — нахмурился он. — Это ты, Мирослава, всегда была безбашенной. А вот мне решительно не нравится, что мою невесту запихнули на темный факультет, где хозяйничает Юлиан Топаз.

— Не запихнули, а оправданно перевели, — поправила я. — И видела я сегодня твоего Юлиана. Скользнул по мне взглядом, повышенным вниманием не одарил. Презрения и брезгливости не больше, чем обычно.

А вот это я зря. На скулах Дана заходили желваки. Но лучше уж так, чем правда. Иначе ночь посвящения превратится в побоище между главами двух факультетов.

— Так ты хочешь узнать, что мне сказала магиана Ирина? — увела я разговор от опасной темы.

— Насколько я понимаю, ничего хорошего, — вздохнул Дан и, опершись об один из стоящих здесь столов, приготовился слушать.

И я рассказала. О том, что светлая магия во мне по-прежнему есть, о том, что блок стоит очень сильный. И о том, что попробую уговорить Ирину попытаться его снять. Лишь об одном я умолчала — о своей догадке по поводу теневой магии. Если Дан узнает об этом, то я уже сегодня буду стоять с вещами на выходе.

— Мне все это не нравится, — решительно заявил он.

— А я, думаешь, в восторге? — поддержала я. — Но другого выхода пока что нет. Дан…

Я не успела договорить. Скрипучая массивная дверь отворилась и в подземелье проскользнула завернутая в голубой балахон фигура.

— Профессор Злата, — я почтительно склонила голову.

Дан хмуро посмотрел в сторону гостьи. Та,в свою очередь, стянула с головы капюшон. Светлые локоны с редким вкраплением седины рассыпались по плечам. Взгляд небесно-голубых глаз застыл на моем друге.

— Даниэль, — приглушенно произнесла женщина. — Тебе пора на свой этаж. Загляни в четвертую комнату, обнаружишь много интересного. Да и не стоит главе факультета бросать своих подопечных перед ночью посвящения.

Дан нехотя кивнул и развернулся, чтобы уйти.

— Этот разговор не окончен, — предупредил он меня напоследок.

Я дождалась пока за ним закроется дверь и, радостно улыбнувшись, обняла свою наставницу. Она в ответ подарила мне теплые объятия и я, наконец, смогла выдохнуть и расслабиться. Впервые за три месяца.

Я больше не чувствовала себя не в своей тарелке, как это происходит дома, где требовалось тщательно следить за своим поведением. Я больше не чувствовала себя беспомощной как вчера, в храме, корчась от боли на алтаре бога, которому поклоняюсь. Я больше не чувствовала себя уязвленной и растерянной, как это было сегодня в кабинете Амиарея. Я больше не была одна.