Книга Невыносимый дар, страница 129 – Анна Одувалова

Снимаю рубашку и сажусь в центре зала. Мне не нужно ничего, кроме магии и силы воли. Слова заклинания, жесты, дыхательные практики – я все изучил.

Прикрываю глаза и начинаю ритуал, чувствуя, как вся доступная мне магия покидает тело, сразу делая его невыносимо тяжелым. Очень быстро понимаю, о чем говорила бабушка: без магии я не смог бы даже сидеть. И никакой экзоскелет бы не помог.

Заваливаюсь набок и неуклюже падаю навзничь под тяжестью ставшего неподъемным экзоскелета. Смотрю в серые очертания потолка и перестаю соображать от навалившейся на меня слабости и боли. Именно эти чувства преследовали бы меня, если бы я не обладал магическим потенциалом такого уровня. Даже устроиться поудобнее получается с трудом. Ноги практически не двигаются.

Наверное, бабушке и мирс Валери нужно было дать мне сразу же почувствовать это, потому что теперь моя жизнь не кажется такой уж убогой. Могло быть хуже. Раньше я этого не осознавал.

Но понимания недостаточно, чтобы я отступил. Надо мной вращается воронка из магии, в основном голубовато-льдистой с огненными вкраплениями, позаимствованными у брата. Это то, что позволяло мне быть почти нормальным, и то, что должно помочь убрать экзоскелет, если я все сделаю правильно.Но я не зря учился контролю, не зря раз за разом прогонял все действия у себя в голове. В теории выходило, должно получиться и на практике.

Я выдыхаю и начинаю по крупице засасывать магию обратно, а вместе с ней заставляю уходить глубже под кожу спицы экзоскелета. Шэх научил меня этому. Определенный комплекс упражнений, который я сам отрабатывал до автоматизма. Если не задействовать магию, это тяжело, полезно и безопасно, но если подключить силы и правильно приложить вектор, можно совершить невозможное.

Это дико больно. Настолько, что, кажется, пару раз я теряю сознание, но потом снова прихожу в себя от боли. Во рту привкус крови, под носом кровавые дорожки, кровавая пелена застилает глаза. Впрочем, смотреть тут не на что, разве что на стремительно тающий магический резерв. Он уменьшается намного быстрее, чем я предполагал. Словно рассчитываешь, что вода из емкости будет долго вытекать по капельке, но вместо этого получаешь стремительный поток, словно кран сорвало.

И это пугает. Я пытаюсь что-то сделать, как-то повлиять и замедлить процесс, но не могу. Так же, как невозможно справиться с напором воды, которая хлещет из трубы при аварии. Ситуацию осложняет адская боль, выкручивающая мышцы.

Пытаюсь приподняться, но не могу. Меня словно примагничивает к полу, придавливает экзоскелетом, который сжимается плотнее, прорывая кожу, мышцы, сильнее закрепляясь в костях и втягивая в себя магию. Становится страшно, потому что магии в воздухе почти не осталось, а процесс остановить невозможно.

Экзоскелет живет своей жизнью. Некоторые спицы выскакивают, изгибаются и снова впиваются в тело, чтобы занять другое положение, и мне кажется, что я весь похож на кровавое месиво – раскуроченное железо и разодранная плоть. Но увидеть себя со стороны не получается, как и контролировать процесс. Если бы была малейшая возможность это прекратить, я бы нажал на кнопку «стоп», не важно как. Можно моей смертью. А пока просто стискиваю зубы и молюсь, чтобы это все закончилось.

Даже не понимаю, в какой момент окончательно теряю контроль над процессом и начинаю орать от невозможной боли. Меня выворачивает наизнанку. Сухожилия рвутся, кожа трещит, и внутри меня укореняется инородный металлический скорпион, который устраивается в моем теле поудобнее. И пока конца этому не видно, а вот магии – ужеда.