Книга Олигарх желает жениться, страница 24 – Далиша Рэй

Получалось так себе — видимо, такие ощущения приходят только со временем. Или передаются по наследству вместе с фамильными драгоценностями и миллионами на счетах. Да и ладно, обойдусь как нибудь.

В общем, время в ванной я провела с удовольствием и пользой для своего душевного состояния. А когда, наконец, выползла, облаченная в пушистый белый халат, на моей кровати, подтянув худые колени к груди, сидел рыжий.- Данька! — я покосилась на входную дверь. — Как ты здесь очутился? Я что, замок не закрыла?

— Закрыла. Я по балкону перелез, — «успокоил» меня рыжий и шмыгнул носом.

— Так, что случилось? И как это — «по балкону»?! — я присела на кровать и заглянула в лицо мальчишке.

Оно было смущенным и несчастным. Рыжие ресницы часто-часто хлопали, явно пытаясь сморгнуть слезы. И еще, в зеленых, обведенныхтемным радужках застыл страх.

— Ну, Дань, — позвала я, — Я же здесь, поэтому ничего не бойся.

Приобняла его и потянула к себе. Погладила по мягким рыжим вихрам и попросила:

— Давай ты пойдешь в ванную и умоешь лицо. Я в это время сменю халат на нормальную одежду, и мы поговорим. Пока я не скажу, что можно, из ванной не выходи! — предупредила строго.

— Конечно, я же понимаю, что женсчинам нужно долго наряжаться, а мужчинам на это лучше не смотреть, — пробубнил мальчишка и сполз с кровати. Побрел к дверям ванной, ссутулив плечи и шаркая по светлому паркету босыми пятками. Что же такого произошло, что он разве что не рыдает?

Едва дверь за Данькой закрылась, я подхватила свою сумку и вихрем кинулась к гардеробной. Скинула халат, торопливо достала чистое белье и свежую футболку. Подумала и на всякий случай надела джинсы и кроссовки — вдруг убегать придется или от врагов отбиваться. Забрала волосы в хвост и вылетела обратно в комнату.

— Ну, рассказывай, — велела, когда Данька вышел из ванной и сел со мной рядом на диван в гостиной.

— Там крокодилиха к ведьме приехала. Они придумывают, как тебя выгнать из дома, Мирослава, — сообщил печально, и опять шмыгнул носом. — А я им сказал, что сам их выгоню. И ведьма начала на меня орать, а крокодилиха дернула за ухо и обозвала шпионом.

— Кто у нас ведьма, и кто крокодилиха? — поинтересовалась я, чувствуя, как к голове подкатывает волна ярости. Приобняла мальчишку за плечи, подтянула к себе и поцеловала в золотистую макушку. — И что твой папа говорит о том, что кто-то дергает тебя за уши и орет?

— Папа ничего не говорит, потому что я не жалуюсь. Мужчины не плачут и не ябедничают, так папа меня учит, — рыжий опять шмыгнул носом.

— Ведьма — это наша экономка, Инга. Она злая, просто ужасно. Но с папой всегда милая и улыбается, — добавил после паузы, кажется, начиная успокаиваться в моих объятиях. — А крокодилиха — это ее подруга Ритка. Папина любовница.

Янис Славинов

Ну слава яйцам, сваливаю из этой душной азиатской парилки. Небоскребно-бетонной, одуряюще жаркой и липкой, расцвеченной вкраплениями местной диковинной зелени.

Час назад подписали контракт. И прошло все, на диво без их вечных хитрожопых подходов «а давайте мы вас поимеем, и вы нам за это заплатите столько, сколько мы скажем». Удивительно — всего день переговоров и все, я свободен. Непривычно и как-то даже неуютно.

Или это сосущее чувство в груди связано с Данькой и его любимой Мирославой? Ведь не прекращал о них думать ни минуты с того момента, как сел в самолет.