Книга МагАкадемия. Истинная последнего дракона, страница 120 – Оксана Недельская

– Уверен, ты подстраховалась.

Глаза демоницы неприятно блеснули.

– Ты как всегда прав, С’Аргас. Сейчас демоны выходят на поверхность в посёлках и деревнях, там, где твоя защита слаба. Всё же чего-то пустоголовый эльф и его прихвостень стоят. Магические пирожные, которые помогали тебе держать врата закрытыми! Пару дней назад эти двое изъяли пирожные из студенческой столовой, а ещё раньше запретили их продажу в тавернах и ресторациях по всей стране, поэтому твоя защита снизилась. Поторопись, С’Аргас! Сейчас на моих детей наложен приказ не убивать, но если ты уничтожишь меня, приказ будет аннулирован. Погибнут невинные. Мне всего лишь нужен мой муж. Освободи его, и мы уйдём. Я сказала.

– Ваше Высочество! Ваше Высочество! – победоносно потрясая рукой с болтающимся в ней медальоном, в нашу сторону бежал эльф-гном, артефактор Туиль тин Шарли, – Нам удалось починить артефакт вызова!

Кто-то словно выжидал момента, когда все отвлекутся – защитная сфера внезапно сотряслась от мощнейшего удара, засияла вспышками ярчайших молний и беззвучно лопнула. Возле нас стоялЛаварэль, аура которого переливалась, как новогодняя ёлка.

– Вперёд, мой мальчик, я помогу! – завопил инквизитор, вскинул кулаки и послал ещё несколько чар, многократно усиленных какими-то неизвестными артефактами.

Всё смешалось в адском кошмаре. Мужчины закрыли нас с Иви, одновременно создавая щиты. Вокруг зазвенело разлетающееся вдребезги стекло, загрохотали взрывающиеся колонны, стены и пол.

Да что такое происходит-то? Как два артефактора могут быть настолько сильными?

– Лаварэль, зачем ты помогаешь ему? – закричала я, стараясь перекричать невыносимый шум.

– Сначала он обещал мне много денег, – охотно ответил эльф, – А потом я сказал, что мне нужна ты, и он пообещал, что я смогу забрать тебя!

Кривая улыбка на губах лекаря мне не понравилась. Так улыбаются люди, готовые идти до конца.

– Я не вещь, чтобы меня обещать! Ты правда веришь этому чудовищу? Не глупи, Лаварэль, от исполнителей всегда избавляются. Делают гадости их руками, сами остаются чистенькими, а ты либо сразу окажешься в могиле, либо тебя поймают и осудят. Ты никогда не докажешь, что совершал преступления по распоряжению инквизитора.

– Всё будет хорошо, Мантиса, – круглое лоснящиеся лица эльфа расплылось в неестественной улыбке. Загипнотизировали его, что ли? – Верховный инквизитор дал магическую клятву! Я получу всё, на что рассчитываю.

Ага, дал. Только сначала нашёл способ, как её обойти.

Возразить я не успела.

Пока мы беседовали под бодренькое музыкальное сопровождение летящих со всех сторон камней, Гуль’Ассох стояла с претенциозно-нетерпеливым видом, будто пришла по записи на маникюрчик, а тут, понимаете ли, нежданно-негаданно образовалась очередь.

– Хватит болтать! – наконец, не выдержав, воскликнула она и выбросила в сторону Лаварэля руку с посохом, сплошь покрытым сверкающими драгоценными камнями.

Однако навредить ему не смогла – тут же сложилась пополам, будто получив невидимый удар. С глухим стоном отлетела на несколько метров и упала, врезавшись спиной в колонну, которая осуждающе загудела.

Наступила восхитительная тишина.

– Если хочешь договориться со мной, не трогай людей, – отчеканил муж, опуская руку.

Лаварэль замер в удивительно нелепой позе: то ли паяц скачет перед зрителями, стараясь вызвать аплодисменты и смех, то ли шаман колдует,потрясая незримым бубном. На лице редкое сочетание эмоций: жадность, благодушие, неверие и торжество.