Книга Как украсть драконье (сердце) пламя, страница 16 – Елена Боброва

— Зазноба там твоя что ли? — спросила, осознавая, что в своем настоящем облике не могла бы позволить себе подобного любопытства, а вот Лему можно. Есть плюсы от того, что я теперь в образе простого паренька, которому можно простить невежливое поведение.

— Ой, да кому я такой нужен, — печально отозвался Ганс и, понурив плечи, направился в конюшню.

— Почему же не нужен? Ты еще очень даже крепкий, — попыталась поддержать Ганса по-мужски и хлопнула его по плечу, кажется, он и не почувствовал.

— Ты сам видел, что мне тяжело долго ходить. Ноги не слушаются, устают быстро. Перебиты были в свое время.

— Как перебиты? Давно?

— Давно, уже несколько лет как. Пожар у нас в деревне случился, за горами там, — Ганс махнул рукой куда-то в сторону, — благо зять спорый у меня, дочку и ребятишек в телегу закинул и увез, а я не поехал, нашим помогать остался. Вот и упала на меня часть крыши, ноги придавило. Без сознания долго лежал, пока меня господин Дрейк не вытащил. Сюда перенес, сам выходил. С тех пор и живу тут, работа не сложная, лошадок на постое раз-два и обчелся, и то мне кажется,что хозяин их для меня держит, чтобы с тоски не помер. Родные-то далеко теперь. Хороший он, — от этого рассказа у меня внутри поднялась волна сожаления, Дрейка подставлять ой как не хочется. Может, найти другого дракона? Мысленно посоветовалась с Искоркой, но она ответила, что, если и есть другой дракон где-то еще, она его не чувствует. Засада. Значит, придется грабить этого.

Мы с Гансом подошли к стойлам, которые выходили прямо на улицу, лошадки тут же повысовывались из своих убежищ и стали заинтересованно на нас поглядывать.

— Знакомься: Звездочка, Ночка, Беляночка, Красавчик и Поплавок, — последняя кличка меня рассмешила.

— А почему Поплавок?

— Как почему? Поплавать любит. У нас тут озерцо есть в той стороне, — Ганс снова махнул рукой куда-то в сторону, — в него речушка впадает. Так этот жеребенок как видит воду, не удержать, купаться может часами, не вытащить.

— Теперь понятно, — я подошла к симпатичному молодому гнедому жеребцу, но он, как и ожидалось сразу же отпрянул с громким фырканьем.

— Странно, он только на хозяина так фыркает, огня его боится. Воду-то он любит, а вот огонь нет. На тебе, знакомься, — сказал Ганс и всучил мне связку моркови.

Пока я подкупала лошадок угощением, конюх принес пару ведер воды.

— Налей им попить, жарко сегодня. Ни облачка на небе.

Напоили лошадок и сели сами попить кваса, который Ганс снова раздобыл у Греты.

— Ты так и не ответил, вокруг кого ходишь кругами на кухне? — вернулась я к разговору.

— Да что ты пристал, все одно, без толку это. Она молодая, прекрасная, жизнелюбивая, а я старый и никому ненужный.

— Зря ты так думаешь, женщины ищут в мужчинах не только силу и молодость.

— О ты ж, знаток женщин нашелся, — возмутился Ганс, хлопнув себя по коленкам, — у самого было что или одни домыслы в голове?

— Было, — я надулась, почему-то стало обидно.

— Ладно, прости, — и снова по-дружески треснул меня по многострадальной спине. Хорошо, что не так сильно, как стражник.

— Селиван, — Ганс махнул проходящему мимо мужчине. Легок на помине. — Слушай, надо бы парню одежку справить, а то ходит в одном и том же, — не подумала я: сама переоделась, а свой ложный облик снова представила в той же одежде, что была у Якуша. Придется в следующий раз это учесть.