Книга Как украсть драконье (сердце) пламя, страница 7 – Елена Боброва

— Об их нападениях. Говорят, в пещерах эти ироды прячутся, звереют там, голодают, а потом вылетают из них, как пробки из бочек, да кидаются на все живое. Жрут, жгут, к себе тащат людей, да золото.

— А людей к себе на кой? — удивилась Лалка.

— Так про запас, чтоб опосля доесть, — убежденно ответила Тикуся.

— Слушайте, а где эти пещеры могут быть? — женщины перевели на меня удивленные взгляды, будто лишь сейчас заметили мое присутствие.

— Так то ж легенды, места точного никто не знает, — я вздохнула. Те еще осведомители. — А кто-то знает поточнее, хотя бы направление, где их поискать?

— Сдались они тебе, ограбить что ль хочешь? — насторожилась Тикуся.

— Почти, — честно ответила я.

— Ох, девонька, тебе жизнь не мила али как? Молодая еще, чтобы с ней таким способом распрощаться, — запричитала Лалка. — Коли не передумаешь драконов искать, возьми этот платок, он тебя защитит, за пол цены отдам, — я усмехнулась, сплетни-сплетнями, а о торговле не забывает.

Мимо как раз пробегал худющий пацаненок и остановился прямехонько напротив нас, усердно делая вид, что завязывает несуществующий шнурок.

— Ты чего тут трешься, оборванец? — заметила его Тикуся и поторопилась вернуться за свой прилавок, пока товары целы.

Пацаненок распрямился, обиженно глянул и медленно побрел вперед. Я, глядя ему в спину, постаралась скорее расплатиться за нарядный защитный платок, поблагодарила Лалку, попрощалась с Тикусей, и помчалась нагонять пацана.

— Стой, — крикнула ему в след, а он со страху вдруг припустил, что и не догнать, но не рассчитал и врезался в огромного пузатого, как тумба мужика. Тот поймал его за шкирку и сильно встряхнул беднягу, и он потерял-такисвой не зашнурованный башмак. Подбежав, попросила: — Пустите его, прошу, он ничего плохого не сделал.

— А бежал быстро, будто сделал, — прогромыхал мужик.

— Отпустите его, помилуйте, — попросила я, постаравшись сделать голос ласковым, приветливым.

— Ну уж, если красна девица просит, разве ж я могу отказать, — мужчина улыбнулся мне, заигрывая, а я быстро схватила пацаненка за руку и кивнув, проговорила:

— Благодарю, — и бодрым шагом направилась в другую сторону, крепко держа тощую ладошку. Спешила, пока мужчина не опомнился и не пошел следом. Знаю я эти улыбочки, после них у некоторых руки становятся уж больно шаловливыми и местами подгорают.

— Ты чего убегал? — спросила, когда мы свернули на другую улицу.

— Испугался, что к властям опять потащите, сколько раз уже сбегал. Меня, как сироту все пристроить хотят, а я народ вольный, мне путешествовать нравится.

— Понимаю, — улыбнулась. — И я сирота, но меня приютили. Что случилось с твоими родителями?

— В пожаре сгинули.

— И мои, — мы с парнем погрустнели, но я встрепенулась и спросила: — есть хочешь?

— Всегда, — грустно проговорил пацаненок.

— Держи, — достала из сумки кусок пирога, — помыть бы тебя еще. Не знаешь где тут баня?

— Знаю, конечно, но там дорого.

— Ничего, разберемся.

Мы с Якушей прорвались в баню с боем, нас одиноких и подозрительных и за деньги пускать не хотели. Отмылись дочиста, аж заблестели и сели на террасе чай пить. Тогда Якуш и рассказал мне о том, как остался сиротой, и что его деревня была аккурат вблизи Дальних гор, и что дракон там точно есть, все деревни в округе сжег.

Права была Искорка: мне нужно в Дальние горы. И поскорее! Надеюсь, этого гада не успели отловить.