Книга Магически и не только… одаренная семерка и их декан, страница 92 – Наталья Шевцова

— О прекрасная незнакомка! Едва лишь заглянув в твои глаза, я понял, что схожу с ума! — орал он, пытаясь в падении, дотянуться до резко сделавшей несколько шагов назад незнакомки.

— Ну и сходи себе дальше, а я причём? — разрешила Кэссиди, пронаблюдав за тем, как так и не сумевшее дотянуться до неё тело рухнуло наземь. Кчести тела нужно отметить, что оно, очевидно, было очень хорошо тренированным, поскольку оно не только успело выставить перед собой ладони, но и, приземлившись на них, не коснулось земли ни только своим носом, но и даже грудью.

— Так это же из-за любви к тебе, о бессердечная! — попыталось тело воззвать к совести незнакомки.

Кэссиди, однако, к тому моменту уже и след простыл.

— И у этой тоже реакция неправильная! — под очередной дружный гогот друзей констатировал пьяный Ромео.

Возможно, кого-то другого две сбежавшие от него подряд девушки привели бы в расстройство и заставили бы призадуматься, а не завязать ли на этот вечер с романтикой, но этот Ромео был не таков. Едва только он вновь оказался на ногах, на кои вскарабкался исключительно сам, как понял, что опять и снова влюблён и посему тут же принялся выяснять, насколько правильная реакция на комплименты у очередной привлекшей его внимание девушки.

Внезапно над головами Кэссиди и Лорел со скрипом и грохотом распахнулось окно. И во двор хлынули рёв, хрипы и стоны гитар, электронных синтезаторов и ударников, а также вой, вопль и визги множественных подпевал, дравших от души свои глотки.

Однако громче всех вопил, вылезший в открытое окно и чуть ли не вываливающийся из него патлатый блондин с голым торсом.

— Ша-ааа! Братва!!! Я балладу петь буду! Романтическую! Посвященную прекрасным дамам!

Ответом ему стал неистовый визг, топот и пронзительный свист.

— Хммм! Я определенно не в Викканской Академии! Если бы что-то подобное попробовали организовать на территории кампуса там, то либо с Верховной Ведьмой Вайтхэт случился бы сердечный приступ, либо она устроила бы сердечный приступ всем на вечернике. Но в любом случае, без похорон бы не обошлось, — хохотнула Кэссиди, и, округлив глаза, уставилась на блондина, который, как и пообещал, начал петь балладу.

Вот только одной балладой в честь прекрасных дам, этот конкретный менестрель не ограничился. Одетый в семейные трусы, шляпу и галстук бабочкой он спускался из окна по импровизированной верёвке из связанных между собой простыней. Правой рукой и ногами при этом он держался за простыни, левая же его рука в это время (по щелчку его пальцев) посылала в небо фейерверк за фейерверком. При этом исполнитель баллады умудрялся также ещё и раскланиваться направо и налево, выражаяблагодарность зрителям за поддержку в виде аплодисментов, улюлюканий и свиста.

— Ха! — понимающе хмыкнула Лорел. — И это ты ещё практически ничего не видела!

В этот момент, словно в подтверждение её слов, распахнулось ещё несколько выходящих во двор окон, и из них браво восседая на метлах, в ночное небо с хохотом, гоготом и визгом вылетели с десяток девушек, одетых в одни только легкие летние платьица.

Сделав круг «почёта» над двором, девушки дружно подпрыгнули и приземлились голыми и босыми ногами на метлы, но, уже не оседлав их, а на ноги, по примеру канатоходцев. Вслед за чем, выпрямившись во весь рост, устроили прямо на мётлах дикие танцы с включением в танец сложных акробатических трюков.