Книга Магически и не только… одаренная семерка и их декан, страница 96 – Наталья Шевцова

Ибо совершенно внезапно погас свет и холл замка погрузился в кромешную тьму и ровно на одно мгновенье в абсолютную тишину, — … ан, — успела добавить девушка прежде, чем в её ушах в очередной раз за этот вечер прозвучал душераздирающий крик.

— Лора! — с опаской обратилась она к подруге. — Это опять ты?

— Нет. Это не я, — ответила Лорел. — Кэсси, скажи мне, что это и есть твой план? — с надеждой вопросила она.

Кэссиди отрицательно покачала головой, но потом вспомнила, что Лорел не может её видеть в темноте и поэтому добавила вслух:

— Нет, Лора, это не мой пл… — но окончание её фразы потонуло в новом ураганном шквале пронзительного до хрипоты визга и истошных, отчаянно-надрывных воплей.

И вопли эти, с ужасом поняла Кэссиди, были не театрально-лицедейскими или искусственно-наигранными, а самыми настоящими панически-истерическими, так люди кричат только перед лицом непосредственной и бесконечно ужасающей их опасности.

— Что происходит? Почему они все так кричат⁈ Неужели настолько боятся темноты? — услышала Кэссиди потрясенный возглас Терри у себя над ухом.

Она хотела было совершенно искренне ответить, что понятия не имеет, однако так и застыла с открытым ртом, не произнеся не звука.

Отвратная, отдающая смертью, тленом и гниением магия, клубящаяся как ядовитая змея в воздухе холла замка, была настолько сильна, что сумела проникнуть даже сквозь броню, воздвигнутую тремя кругами заклинания «Индифферентности».

Желудок сжался в приступе выворачивающей наизнанку тошноты, по позвоночнику мокрицей, оставляющей за собой омерзительно липкий, влажный след, просеменил страх. Волна мрачной, затхлой и удушливой, как спертый воздух в склепе, невидимой энергии, которая леденила кровь и заставляла в ужасе трепетать каждую клеточку тела, окатила её девятибалльной волной цунами.

Совсем рядом с ней кто-то закричал как-то особенно истошно-отчаянно-надрывно.

И Кэссиди поняла, что это снова кричит Лорел. С такой же безнадежностью, безысходностью и болью в голосе подруга кричала и в прошлый раз.

Понимая, что и сама она уже практически поддалась всеобщей панике и вот-вот неминуемо впадёт в истерию, девушка прошептала ещё один круг заклинания «Индифферентности».

На сей раз, произнеся круг заклинания она, словно бы оказалась в коконе.

В коконе, который отделил её от происходящего в комнате настолько, что, ей стало казаться, будто она просто смотрит фильм. Причём не в первый раз, а как минимум в тысячный. И с каждой секундой просмотра всё яснее и яснее понимает, что фильм этот надоел ей уже до зубной боли.

Иначе говоря, и крики и визги не вызывали в девушке ничего кроме раздражения и головной боли.

— Ну что за придурки⁈ Устроить столько шума, визга, гама и тар-тара-рама только потому, что в холле потух свет! — презрительно подумала она. — Ладно, пожалею придурков, дам им свет, а то ненароком поубиваются ещё! С этих станется! — решила она и громко воскликнула. — Venit lumen! Venit lumen! Venit lumen!

— Venit lumen! Venit lumen! Venit lumen! — подхватил вслед за ней Терри.

Голубовато-зеленоватый свет, напоминающий сполохи полярного сияния озарил огромный холл, развеяв мрак вполне достаточно для того, чтобы можно было увидеть происходящее во всей его фантасмагорическо-сюрреалистической, дажепо меркам магического общества, жуткости и несуразности.