Книга Самый дорогой враг, страница 142 – Василиса Усова

— Нам… нам надо вниз! — выдохнула она и, даже не услышав, что ей ответила Августина, бросилась из комнаты.

И коридор, и обе лестницы виконтесса пролетела практически не дыша. Ощущение чего-то непоправимого накатывало волнами. Только каким-то чудом ей удавалось сдерживать подступающую панику.

Это какое-то недоразумение. Уж кто-кто, а Джер всегда хорошо держался в седле. Даже в детстве. И он не мог. Или…

Она даже не поняла, в какой момент оказалась на первом этаже. Впрочем, сюда стекались все, кто находился сейчас в замке. Вокруг встревоженно гудели голоса.

Первым, с пугающе мрачным лицом, вошел отец. Его правая рука, обмотанная полоской ткани, висела на перекинутом через шею ремне. По холлу прокатилсягул. И стих, когда следом внесли тело, завернутое в окровавленный плащ.

Младшая маркиза Латорс пронзительно взвизгнула. Кто-то охнул. Затем, едва слышно зашелестели голоса. Однако Лианна не слышала того, что происходило за ее спиной. Со странной смесью надежды и тревоги она вглядывалась в каждого, кто входил в замок. И ждала, что вот-вот появится Джер.

Прошел герцог Рельс, прихрамывая и морщась от боли. Латорс. Братья Варенсы. И у всех были растерянные, либо угрюмые лица. Нервы, натянутые до предела, не выдержали.

— Что произошло? — ее вопрос прозвучал неожиданно громко среди приглушенных шепотков, однако отец, казалось, ничего не услышал.

— Отнесите его наверх. — отрывисто приказал он. — И позаботьтесь…

— Кто-то должен сообщить старому Ормсу. — тихо произнес герцог Рельс, обращаясь к хозяину замка.

— Я сейчас же отправлюсь в Ормсхар. — вызвался его высочество, у которого не осталось и следа от вчерашней веселости. — Как никак, граф был моим наставником. Да и мальца я знал с детства.

Лия замерла. Последняя надежда, что Джер сейчас войдет вслед за остальными, чуть взъерошенный, со своей извечной улыбкой — разбилась вдребезги. Воздух вдруг стал таким густым и вязким, что от попытки вдохнуть сжалось горло.

Борясь с подступающей дурнотой, девушка с надеждой обернулась на мачеху. Алесия всегда знала, как сотворить невозможное и умела найти выход из любой, даже самой безвыходной ситуации.

Но сейчас она была единственной, кто смотрел не на плащ, а на отца. И в глазах ее было столько беспокойства, что Лианна невольно прикусила губу, вспомнив, что это она сейчас должна ограждать мачеху от тревог, а не бросаться к ней со слезами, как маленький ребенок.

Собственное одиночество и беспомощность навалились на плечи тяжелым грузом. Лия внезапно ощутила себя старше на десять, а то и пятнадцать лет. Где-то на верхней площадке истерично рыдала младшая маркиза Латорс. Сама же она не могла позволить себе слез.

— Отправили за лекарем? — спросила девушка, даже не рассчитывая на ответ.

Однако на этот раз отец ее услышал и кивнул.

— Сразу же, еще из леса.

— Что…

— Позаботься, чтобы здесь все убрали. — мужчина указал взглядом на цепочку кровавых следов. — А герцогу Рельсу пусть сделают компресс, он повредил колено, спрыгнув с лошади.

— Твоя рука?

— Не стоит внимания.— последние слова были обращены уже не к ней, а к Алесии. Но едва ли та считала так же.

Его высочество покосился в сторону лестницы и поморщился, словно от воплей маркизы Латорс у него начиналась зубная боль. Потом похлопал Лианну по плечу, хотя такие жесты не допустимы в адрес леди. Впрочем, принцев не принято осуждать.