Книга Дочь звёздного палача 2, страница 4 – Элис Нокс

Он замолчал.

– Я не умею любить. Забыл. Или никогда не знал.

Слова повисли между нами – сырые, честные, болезненные.

– Я не прошу любви, – прошептала я. – Просто… честности. Присутствия. Того, чтобы ты не прятался.

– Если не буду прятаться, – он шагнул ближе, нависая, – ты получишь зверя, что не контролирует себя. Что возьмёт тебя где угодно, когда угодно, не заботясь о боли, что причиняет.

Рука поднялась, коснулась моей щеки – грубо, пальцы впились.

– Это то, что хочешь?

Я встретила его взгляд – не отступая, не боясь.

– Да, – ответила я твёрдо. – Лучше зверь, что честен, чем бог, что прячется за стенами.

Что-то сломалось в его глазах.

Контроль рухнул.

Он рванул меня к себе – резко, безжалостно.

Губы впились в мои – голодно, требовательно, не давая вдохнуть.

Я ответила с той же яростью – обхватила его шею, притягивая ближе, кусая нижнюю губу.

Он застонал – низко, гортанно.

Подхватил меня на руки, втащил внутрь каюты.

Дверь захлопнулась за нами.

Тьма каютыпоглотила нас.

Орион прижал меня спиной к переборке – с силой, металл холодный даже сквозь тунику.

Его тело прижимало спереди – горячее, твёрдое, что не давало двигаться.

Целовал так, словно пытался поглотить, стереть всё между нами, оставить только это – жар, голод, отчаянную потребность.

Руки скользили по моему телу – нетерпеливо, жадно.

Одна зарылась в волосы, дёрнула голову назад, обнажая шею.

Губы оторвались от моих, спустились ниже – по подбородку, к горлу.

Зубы скользнули по чувствительной коже, прикусили – не слишком сильно, но достаточно, чтобы я вскрикнула.

– Орион…

– Тихо, – прорычал он против моей кожи. – Ты сама это начала. Сама пришла. Сама провоцировала.

Другая рука скользнула под тунику, по животу вверх.

Нашла грудь, сжала через тонкую ткань нижнего белья.

Я выгнулась навстречу, задыхаясь.

Через узы хлынула волна его эмоций – неконтролируемых, сырых.

Голод, что он давил три дня. Вина за то, что не может остановиться. Ярость на себя за слабость.

И желание – такое острое, жгучее, что обжигало нас обоих через связь.

Он оторвался от моей шеи, посмотрел в глаза – зрачки расширены почти до черноты, только тонкое золотое кольцо по краю.

– Последний шанс, – голос был хриплым. – Уйди сейчас, Астра. Пока я ещё могу отпустить. Потому что через секунду…

– Не отпускай, – перебила я, притягивая его за шею. – Не хочу, чтобы ты отпускал.

Что-то в нём сломалось окончательно.

Рычание вырвалось – низкое, звериное.

Он подхватил меня за бёдра, поднял. Я обхватила его талию ногами инстинктивно.

Понёс через каюту – три шага до узкой койки.

Бросил на неё – не грубо, но и не нежно.

Навис сверху, руки по обе стороны от моей головы, клеткой из плоти и мышц.

– Это будет не медленно, – предупредил он, глядя сверху вниз. – Не нежно. Я три дня держался. Три дня давил то, что чувствую. И сейчас…

Он не закончил.

Рука скользнула к поясу моих штанов, расстегнула одним движением.

Стянул их вниз вместе с бельём – быстро, решительно.

Холодный воздух коснулся обнажённой кожи, и я вздрогнула.

Он замер на секунду, глядя на меня.

Взгляд скользнул по телу – жадно, собственнически, словно запоминая каждую линию.

– Прекрасна, – прошептал он хрипло. – Каждый раз, когда вижу тебя так… забываю дышать.

Руки легли на мои колени, раздвинули мягко, но настойчиво.

Опустился между ними, и я почувствовала его дыхание – горячее, влажное – на внутренней стороне бедра.