Книга Семь лет одиночества. Принцесса Малейн, страница 24 – Эль Вайра

Густые темные пряди Роба стали послушнее. А в его движениях появился как-то новый вид изящества — уверенный и твердый. Но глаза… она их знала. Они остались прежними. Такого необычного зеленого оттенка, словно их окрасила магия. Теперь, когда он галантно держал ее руку, теплый взгляд дополнял суровое совершенство его военного облика.

Она любила этот взгляд.

— Мне докладывали, что ты на разведке, — процедил дядя, пытаясь совладать с гневом.

Роб выпрямился и почтительно склонил голову перед герцогом. Малейн знала, что этот простой жест дается ему чрезвычайно сложно. Принц ненавидел ее дядю так же сильно, как тот ненавидел всю королевскую семью Эльбы.

— Я не был уверен, что вернусь вовремя, — пожал плечами Роб. — Отец должен был приехать один, но в итоге всё получилось.

Он снова встретился взглядом с Малейн.

— Надеюсь, мое появление — не слишком неприятный сюрприз.

От того, как он смотрел, ее руки покрылись мурашками, и ей захотелось растечься по полу лужей. Но еще и запустить в Роба палкой или чем-нибудь потяжелее. Что он делает? Ее дядя, может, и не в своем уме, но он прекрасно понимает, что означают такие взгляды.

Но Роб продолжал смотреть и не отпускал ее руку.

— Ваше Высочество, — к ним снова подошел Уиллард, невольно разрядив обстановку. — Время первого танца.

— Прекрасно, — ледяным тоном ответил дядя. — Пойдем, племянница.

Однако прежде, чем он успел оттащить Малейн, Роб снова поднес ее руку к своим губам.

— Я знаю, что принцесса танцует первый танец с отцом или опекуном, — он выделил последнее слово, — но надеюсь, второй танец госпожа Малейн оставит для меня.

Лицо герцога Касбриджа приобрело нездоровый ярко-красный оттенок.

— Не думаю…

— Конечно, я оставлю! — воскликнула Малейн и лучезарно улыбнулась дяде. — Начнем?

Она знала, что за это придется заплатить. Обязательно. Дядя ее заставит. Но внутри нее что-то оборвалось в тот день, в его темном кабинете. Ей казалось, что она столкнула с горыогромное колесо, которое на огромной скорости катится вниз по склону. Обратно его не повернуть. Да она и не хотела. Она стояла между мужчиной, которому должна подчиняться и юношей, которого ей хотелось обожать. Какой тут выбор, в самом деле?

Но на публике с дядей лучше не конфликтовать совсем уж явно, так что Малейн позволила ему увести себя в центр зала. Голоса снова стихли, и заиграла музыка, хотя принцесса слышала не ее, а лишь стук собственного сердца у себя в ушах.

Они начали двигаться. Танец был простым, традиционным для Бриона, почти полностью основанным на прыжках и несложных поворотах. Веками его танцевали и аристократы, и крестьяне, и купцы, и горожане. Им открывали свадьбы и фестивали.

Сердце Малейн больно сжалось. Это танец отца и дочери, а не племянницы и хмурого дяди.

— Надеюсь, ты не собираешься сделать какую-нибудь глупость.

Малейн вздрогнула.

— О чем ты?

Дядя дернул головой вправо.

— Этот щенок. Ты выглядела рядом с ним, как влюбленная горлица. Молюсь, чтобы ты сохранила остатки разума и не допустила непоправимого.

Угроза прозвучала явно, но вместо того, чтобы смолчать, Малейн тихонько рассмеялась.

— Горлица? Птицы могут быть влюбленными? Ты поэтичен, дядя.

Он сжал ее руку так сильно, что стало больно. Улыбка на его лице больше не выглядела фальшиво. Теперь она казалось жуткой.