Книга Девочка для вожака, или Замуж за волка, страница 100 – Эль Вайра

В склоне холма была вырезана дверь.

— Он не в себе, — прошептала Кьяра, и слезы снова собрались в уголках ее глаз. — Когда он придет в себя, то не будет рад тебя видеть, — она покачала головой. — Он так рассердится на меня!

— Оставь это мне, — Мари попыталась изобразить уверенную улыбку и осторожно положила руку на плечо девушки. — Спасибо.

Кьяра кивнула и ушла, а Мари позволила себе быструю мысль, что девушка была бы замечательной сестрой и подругой, если бы всё пошло так, как предполагалось изначально.

Но время мечтаний закончилось.

Мари подобрала юбки одной рукой, а другой толкнула тяжелую дверь, не имеяни малейшего понятия о том, что ее ждет внутри. Не успела она протиснуться в пещеру, как дверь захлопнулась, забирая у нее источник естественного света. Теперь помещение освещал один-единственный факел.

Ступенька в пещеру оказалась расположена ниже, чем Мари ожидала, и из-за этой оплошности она растянулась на грязном полу, больно ушибив локоть.

Свирепость, с которой волк набросился на нее, была ошеломительной.

Мари вскрикнула и отползла к стене. Когда она поняла, что всё еще жива, она осмелилась поднять глаза. Волк не оставлял попыток добраться до нее. Мари потребовалось время, чтобы привыкнуть к тусклому свету, и когда она это сделала, то увидела, что Курт приковал цепью к стене.

Когда она вгляделась в него внимательнее, ее сердце разбилось надвое. В районе шеи мех Курта был весь в крови — именно туда впивалась цепь во время его диких выпадов. Его глаза остекленели, а зубы щелкали с оглушительной громкостью.

— Курт?

Волк на секунду остановился, а потом продолжил атаки. Рычание и сила бросков стали еще сильнее. Мари заставила свои дрожащие ноги поднять ее в вертикальное положение, но, когда ей это удалось, ярость Курта разгорелась еще больше. Тогда она опустилась на колени, и ее лицо оказалось на том же уровне, что и его морда.

Ужас охватил Мари, когда она попыталась заговорить. Ее мысли были такими же нечеткими и расплывчатыми, как свет в пещере, и это жутко мешало сосредоточиться.

— Прости, — начала она, пропищав первое, что пришло ей на ум. — Я… Прости за то, что так обращалась с тобой в последнее время. За то, что я злилась. Я знаю, что всё это — не твоя вина.

Она тяжело сглотнула, зная, что, если перестанет говорить, то уже не наберется смелости начать заново.

— В этом нет твоей вины, и я никогда не винила тебя, я просто… Я просто хотела быть той, кто выбирает. Меня загоняли в этот лес… в эту жизнь снова и снова, и каждый раз когда я пыталась выбрать себе новый путь, я теряла всё.

Курт продолжать рычать, но его атаки из бросков превратились в беготню на месте. Его мех больше не стоял дыбом, и Мари впервые осмелилась заглянуть прямо в его волчьи глаза. Так странно было видеть эти золотисто-карие глубины на фоне окровавленного серебристого меха.

— Я… — продолжила Мари. — Я знаю, что у тебя тоже никогда не было выбора. Тебесказали жениться на мне и руководить всеми этими людьми, — она сделала паузу, потому что ее бессвязные речи проникли в нее, наполняя еще большей благодарностью за то, что Курт для нее сделал. — И ты… Почему-то всё это время ты любил меня. Ты был добр ко мне без всякой причины, даже… даже когда я не была добра к тебе.

Лицо Мари вспыхнуло, когда она вспомнила дни каменного молчания, на которое она обрекла Курта. И боль в его глазах, когда она вернулась домой с Гензелем, проигнорировав его мольбы о её внимании.