Книга Елена Прекрасная, страница 23 – Елена Эллиот

Он скептически вздёрнул бровь.

– Я подумала, что жаль закрывать такую красоту, – кивком головы я указала на его торс. – Поэтому сшила невидимую рубашку.

Иван скрестил руки на груди и молча продолжил буравить меня взглядом. На его губах заиграла лёгкая усмешка.

«Не верит! – пронеслось в голове. – Надо что-то делать!»

– Эта магическая рубашка, и она проявляется лишь в минуты опасности. А пока тебе ничего не угрожает, её не видно, – придумала я на ходу более-менее правдоподобную, ещё и магическую версию.

– А как ты её держишь, если она невидимая? – задал хороший вопрос Иван.

– Я её изготовила, поэтому я её вижу всегда, – продолжала сочинять я.

– То есть, если я надену её, то мой шикарный торс будут видеть все, кроме моей невесты?

Этот вопрос застал меня врасплох. Опустив взгляд, я почесала ключицу. Абсолютно не складная версия разваливалась прямо на глазах.

– Ну да, – неуверенно ответила я. – Я как-то не продумала этот момент, прости!

– Ладно, надевай! – Иван развернулся ко мне спиной и отвёл руки назад. Я сделала вид, будто надеваю на них рукава. Затем я обошла Ивана и, встав к нему лицом, принялась якобы застёгивать невидимые пуговицы. Руки касались голого торса, отчего сердце забилось чаще. И чем ниже я спускалась, застёгивая эти чёртовы пуговицы, тем чаще оно билось…

– Г… – хотела я сообщить, что готово, но в горле пересохло.– Кхе! – прочистила я горло. – Готово!

– Ничего не чувствую! – Иван схватил мои руки и приложил их ладонями прямо к своей груди. – Как ткань на ощупь, приятная?

Я так и замерла, глядя на свои руки, обхватывающие голый торс мужчины, которого я знала всего два дня. И неважно, что он считался моим женихом. Моя неловкость от этого никуда не исчезла.

Медленно я подняла глаза на его лицо, так и не отрывая рук от груди. Он смотрел на меня с довольной ухмылкой. Я сглотнула и ответила:

– Очень!

Тогда он одним быстрым движением оказался позади меня, приобняв за плечи. Некоторое время я ещё стояла, держа руки впереди себя, толком не понимая, к чему их приспособить.

– Погляди! – Иван подвёл меня к зеркалу.

Я посмотрела на наше отражение.

– Мы прекрасная пара, правда? – улыбнулся он.

Я кивнула и тоже попыталась улыбнуться.

– Тогда почему ты так смущена? – шепнул он мне на ухо, отодвинув волосы назад. Его горячее дыхание обожгло кожу.

– Играю роль невинной девушки, как ты и просил, – промямлила я.

– Мы одни. К чему этот спектакль?

«Он про моё смущение или всё-таки не поверил в рубашку?» – озадаченно подумала я.

– Потому что дай я себе волю – царь нас точно не дождётся! – я набралась смелости и посмотрела Ивану в глаза через отражение.

Довольно ухмыльнувшись, он взял меня за руку и, захлопнув дверцу шкафа, повёл к выходу из комнаты со словами:

– Тогда не будем заставлять его ждать!

По коридорам дворца мы шли быстро и уверенно. Казалось, Иван ничуть не смущался своего внешнего вида. Да и встречающиеся нам люди не позволяли себе глазеть на него.

«Хотя чему я удивляюсь? Он ведь как-то дошёл до моей комнаты», – мысленно прикинула я, что разгуливать с голым торсом по дворцу не является чем-то из ряда вон, и с облегчением выдохнула, осознав, что за его внешний вид меня не должны осудить.

А вот когда мы оказались в царском собрании, как всегда последние, нас уже рассматривали с гораздо большим любопытством и недоумением. Любава и Милана в смущении отвернулись. Другие царевичи, на которых, кстати, были рубашки, и богатыри переводили озадаченные взгляды с Ивана на меня и обратно, а царь практически прожигал меня взглядом.