Книга Мой опасный волк, страница 107 – Дита Терми

– Это день скоро закончится, любовь моя, – ласково прошептал мойоборотень. – И тогда мы сможем хорошенько выспаться.

Его хитрая улыбочка не осталась без моего внимания. Точно, именно о сне мечтает Рамир. Больше же ничего интересного он не имеет в виду. А когда губ коснулись его губы, я забыла обо всём на свете, утопая в сладкой неге. Но расслабляться ещё было рано, внизу показалось знакомое знание и мы пошли на снижение.

– Надеюсь, что ты хорошо себя чувствуешь, Майя? – заботливо поинтересовался король Элигарда. – Конечно, можно было бы подождать ещё до утра, но пойми меня правильно, я столько лет мечтал об этом часе.

Небольшой каменный дом с колоннами оставался таким же безжизненным как и пару часов назад. Мой взгляд скользнул по красивой двери с переплетениями красных и голубых камней. Теперь понимание того, что это символ двух начал – огня и льда – открывало для меня что-то новое. Это была не простая картинка абстрактного типа. Я видела, что на двери нарисована карта, возможно, изображение всего Элигарда? Скопление огненных и ледяных магов?

– Всё хорошо – улыбнулась я, понимая, что нежась в объятиях Рамира, восполнила свои силы лучше любого сна.

– Тогда держи, – кивнул Бартольд, протягивая мне какой-то предмет.

Я взяла это и поняла, что за вещь у меня в руках. Игрушка? Это был небольшой плюшевый медвежонок, слегка потрёпанный, но кем-то сильно любимый.

– Когда-то мой отец был просто ребёнком, который любил играть и был вполне спокойным и добрым. Но его жизнь сложилась таким образом, что он стал жесток, гневлив и очень самоуверен. Только его мнение могло быть единственно верным. Вера в то, что источник всех бед – это огненные маги – сотворила с ним это всё, – печально проговорил король. – Маркус сделал жизнь своих детей и внуков адом, а заодно поселил лютую ненависть к огненным и моему сыну.

Бартольд весь как-то скис. И я прониклась к этому огромному мужчине сочувствием. Он не хотел такой участи для Меино. Как и любой родитель, он наверняка мечтал, что его сын вырастет достойным приемником для отца.

– Мне жаль, что так вышло, – сказала, прикасаясь к большой руке мага.

Бартольд кивнул, сжал мою ладонь на мгновение и отпустил. Его медовые глаза влажно блестели и в них я увидела какую надежду он возлагает на меня. Я должна убрать проклятие с Элигарда и с всего семейства Кайзеров.

Сжимая в рукемедвежонка, я направилась к загадочной двери.

– Если желаешь, Майя, то с тобой могут пойти твои друзья. Ни один маг и слова против не скажет, – сказал мне в спину король Элигарда.

Я обернулась и кинула взгляд на драконов и Рамира. Я знала, что они все готовы поддержать меня, а мой оборотень вообще не желает отпускать меня из поля своего зрения даже на секундочку. Но не хотела никого звать с собой, источник как будто говорил со мной, звал меня одну.

– Нет, – помотала головой. – Я чувствую, что должна сделать это сама.

Приложив руку к двери, я дождалась пока она откроет проход и шагнула в прохладное помещение. Широкий зал, усыпанный снежинками, высокий потолок, блеск белого золота. Я прошла к колодцу и посмотрела внутрь. Красный огонёк приветливо покружился на месте. На ледяной корке в пятне крови лежали нетронутые серёжки Ерсэль и книга стихов. Всё осталось таким же, как я оставила. Только снежной подсказки уже не было на полу.