Книга Царская гавань, или Складские истории, страница 116 – Екатерина Леснова

– Хм, ну да, что-то я не подумала.

Действительно, с чего я решила играть в сыщиков? Тут вон целый полковник не может разобраться, а я вдруг разгадаю коварный план!

Полицейские удовлетворились этим осмотром и ушли. Зато прибыл курьер и вручил-таки мне два конверта: один от мачехи, полный фальшивой любви, а другой из царской канцелярии с сообщением о том, что Кларисса не забыла зарегистрировать вторую встречу с женихом.

Что-то в последнее время меня не радуют ни новости, ни события.

К Нику Саровичу мы отправились вместе с Гаяной, так как она сама разговаривала с Толием, я его не помнила, а скорее всего и не знала.

Парнишка нас поджидал у дверей конторы. Выглядел он встревоженным.

– Ох, и зря я вам рассказал, госпожа Гаяна, что-то не по себе мне.

Это первое, что он сказал, когда мы вылезли из пролетки.

– Погоди Толий, что случилось?

– Да покамест ничего, но вот неспокойно мне. – Он сжал воротник короткой куртки. – Знал ведь, что помалкивать надо, особенно когда нас всех дружно после смерти Аркадия Петровича рассчитали.

– Ты чего-то боишься? – Я дотронулась до плеча парнишки. – Хочешь, я устрою, чтобы ты был в безопасности?

Я всерьез подумала, что можно пристроить бывшего лакея на склад к Самару и другим степнякам.

– Да нет, что вы, госпожа баронесса,это я так. – Парень отмахнулся.

Но все равно было заметно, как неспокойно ему.

– Давайте пройдем внутрь.

Ник Сарович уже ожидал нас, так что мы без проволочек переместились сразу в кабинет к стряпчему. Гаяна пристроилась на стуле у стены, оставив на коленях небольшой кошель, в который вцепилась, чувствуя себя неуютно в кабинете адвоката. Толий же, втянув голову в плечи, присел на самый краешек стула для посетителей.

– Доброго дня, Ник Сарович, – поздоровалась я с пожилым мужчиной. – Вот, как вы и предлагали, нашелся отважный молодой человек, который служил в то время, когда отец заболел в доме.

Я представила друг другу лакея и стряпчего. Толий сначала робко и неуверенно начал отвечать на вопросы мужчины. Впрочем, поначалу ничего особенного Ник Сарович и не спрашивал. Только когда начал работать парень, когда его уволили, менялось ли жалование, кто в доме нравился, а кто нет.

Ник Сарович опрашивал лакея, как мастерский (заменить) сыщик из сериалов, медленно подбираясь к важным вопросам. Толий расслабился и отвечал куда охотнее, чем вначале.

– Так вы говорите, что Аркадий Петрович часто заговаривался. – Ник Сарович записал что-то в блокнот. – А не припомнишь, в какое время дня это чаще всего случалось или, может быть, он перед этим что-то пил или ел?

– Да не вспомню я, – пробормотал Толий, но призадумался.

Адвокат посмотрел на меня, а я смотрела на молодого лакея.

– Да вроде к вечеру чаще.

– Понятно. – Стряпчий что-то вновь записал.

Ник Сарович опрашивал Толия еще минут пятнадцать, после чего попросил нас переговорить наедине. Гаяна вывела успокоившегося лакея в приемную, и я осталась с мужчиной, который задумчиво листал свои записи.

– То, что молодой человек говорит, очень похоже на попытки отравления, но это также может быть и банальное развитие болезни, – чуть подумав, резюмировал стряпчий. – Вам можно с этим свидетелем и письмами обратиться в полицию, но, боюсь, расследование будет затягиваться, полицейские не любят такие дела.