Книга Царская гавань, или Складские истории, страница 26 – Екатерина Леснова

Выйти замуж за абы кого девушка благородного происхождения тоже не может. Жених должен не уступать по статусу невесте, иначе титул также отойдет короне. Старший опекун, например мачеха в моем случае может в течение года предоставить трех претендентов без моего желания. В том смысле, что если б отношения у нас были хорошими, то девушка бы просто выезжала в свет, посещала светские мероприятия и принимала гостей дома в надежде встретить того единственного.

Но в моем случае все усложняется, о нашем скандале известно общественности. Да-да, я нашла старые газеты в коридоре на тумбочке, и в сообщении двухнедельной давности как раз говорится, что на Тенистой улице в доме барона Лисерского был громкий скандал, ну и всякие приукрашенные подробности «Дамского сплетника», небольшого журнала, который затесался среди других газет. А значит, посещать мероприятия я могу и самостоятельно, но мне все равно нужно одобрение мачехи. Или же она сама будет предоставлять мне претендентов, подавая прошение в царскую надзорную палату, ссылаясь на закон о сохранение наследуемого титула.

Для девушки из современности вся эта белиберда вначале показалась глупостью. Ну, в самом деле, все же люди взрослые! Но если углубиться в историю, а сведения я как раз оттуда и получила, ну и еще кое-что вспомнилось из знаний Анны, которые нет-нет, да всплывали в голове, то царство Арсийсское вовсе не просто стало таким, как сейчас. И титулы всегда были чем-то большим, чем просто красивые приставки к именам. Раньше к каждому титулу прилагались земли, и у баронов Лисерских они были, те самые земли в Гарской губернии, за которыми назначенный род смотрел, следилза населением и ограждал его от бед. Сейчас это, конечно, пережиток прошлого, но традиции все еще сильны.

Кроме того, большая часть аристократических родов была сильными магами. К сожалению, род Лисерских к таковым не относился, но тем не менее. Этот факт также выступал в пользу сохранения традиций. В общем, все это приводило к тому, что от вынужденного брака мне никак не отвертеться, благо время еще есть – чуть меньше года, но все же забывать об этом не стоит.

– Мы приехали, – прервала мои размышления Гаяна, открывая дверцу все той же кареты, что вчера возила нас в порт.

Надо же, я так задумалась, что не заметила дорогу по городу. Это плохо, так как мне нужно научиться ориентироваться в столице, все же Анна здесь выросла, и вот эти-то простые вещи мне как раз от нее пока не вспоминались. Но, может, еще что-то вспомнится.

Мы приехали в небольшой переулок, где очевидно проживали творческие люди, по крайней мере несколько вывесок указывали на то, что здесь можно приобрести готовые картины или заказать портреты. В широких витринах-окнах выставлены изящно убранные натюрморты, пейзажи и портреты. Мастерская, объявление которой я прочитала, находилась как раз между двух таких лавок-галерей. В витрине багетной мастерской выставлены образцы рам, отделки, незавершенные обрамления картин, и вывеска гласила, что мастер украсит ваше произведение, сделав его совершенным. Что ж, вот и узнаем, сделает ли мастер нечто не такое красивое, как завершенная картина, но при этом привлекательное для людей, очень далеких от искусства.

У двери звякнул колокольчик, и в полутемном помещении, наполненном запахом дерева и клея, послышалась возня. Я ожидала встретить мужчину, почему то мне представлялся мастер-мужчина, но из-за плотной шторы, отделявшей торговый зал от самой мастерской, выглянула девушка со строгой прической и блузкой застегнутой на все пуговицы. Блондинка вытирала ветошью пальцы и поспешно развязала испачканный передник, оставляя его за шторой.