Книга Война марионеток, страница 12 – Екатерина Леснова

— Вот видишь, — обиженно начала Мила, — всех куда-то отправляют, у всех полно дел и работы! Одна я тут кастрюльками гремлю целый день!

— Сколько тебе ещё жить в таком режиме?

— Ещё месяц точно, — убитоответила девушка, — а там видно будет.

— Главное, что это не навсегда, — подбодрила я.

Камила разлила чай и тоже присела за стол.

— Давай рассказывай все, что с тобой произошло после того, как я вырубилась на балу.

— Ты разве не знаешь?

— Знаю, — кивнула магичка, делая глоток, — но из первых рук всегда интереснее, так что начинай!

С Милой мы проболтали остаток дня. Потом уже поздно вечером, когда поняли, что Орив вероятно придёт к ночи, то ещё и поужинали вместе, а потом разошлись спать.

Утром я встала рано, но Орива так и не застала. Сонная Камила сказала, что ночью получила от него вестника с сообщением о том, что он заночует на работе, и чтобы мы занимались своими делами. Что ж такая у нас у всех работа, может быть любая ситуация, так что я особо не расстроилась и начала собираться на выезд. Мила предложила мне положить что-нибудь из еды с собой, но поскольку переход будет порталом, то не думаю, что мы не найдем что поесть, поэтому я отказалась. Но позавтракать все же согласилась. Камила потом проводила меня до дверей и пожелала удачи. А я с сумкой и оружием отправилась в академию.

Княжна Регина Ларенс

Раньше императора Георга я видела только на портретах, но в реальности он гораздо более похож на обличенного немалой властью человека. На его лице видна печать властности, и хоть он был очень любезен, и даже мил, но я не обольщалась всем этим. Уверена, он с лёгкостью может приказать убить меня и моих спутников. Да, просто мне не будет.

Я огляделась с тоской, комнаты, отведенные мне, были самыми обычными для богатого дома, дорогая изящная мебель, красивые картины. Первая была гостиной, а из неё вела дверь во вторую, которая была спальней с большой кроватью застеленной шелковым покрывалом. Ничего кричаще богатого или вульгарно дорого не было. Почему-то я подсознательно ожидала увидеть что-то такое, наверно все же и у меня есть предвзятое отношение к людям. Все эльфы считают людей лишенными вкуса, эстетики, слишком прямолинейными и грубоватыми. Эта простая, утонченная даже обстановка, заставила меня устыдится собственных мыслей. Но в тоже время, вроде бы эти комнаты мало чем отличались от привычного мне убранства, но мне все равно все здесь казалось чужим, и все больше хотелось домой. Но я одернула себя, нельзя предаваться унынию! Я здесь с конкретной целью и чего бы мне это не стоило, но я сумею привыкнуть и научиться жить среди людей!

Меня так быстро сюда привели, что я даже не успела спросить, куда разместили моих людей. Точнее я даже и не вспомнила о них, а теперь ругала себя. Это ж надо так разволноваться?! В идеале было бы замечательно, если бы они жили рядом со мной. Но что-то мне подсказывает, что они совершенно в другом месте. Император и его начальник тайной канцелярии далеко не глупцы и наверняка первое, что они сделали — это разделили нас. Это разумно. Вдруг мы все же замышляем что-то плохое, несмотря на всю открытость наших планов, которые я выложила перед Георгом.

Мда, странно, ведь если все получится, то мне придётся назвать его мужем и разделить с ним постель, в надежде на наследника. Когда я думаю об этом, вся твёрдость моих убеждений и долг перед отцом и народом, уходит на задний план. Для эльфиек замужество без любви — это нормально. Крайне редко бывает так, чтобы между прошедшими обряд было это чувство. Зачастую многие из нас за всю жизнь любовь так и не встречали. И, в общем, ничего страшногов этом я не видела. Наверное, потому что перед глазами не было примера, и о любви я читала лишь в книгах. Но императора я по-настоящему боялась. Мало того, что он человек, а браки между людьми и эльфами очень большая редкость, так и внешне он мне не очень-то понравился. Да, высокий, стройный, но черты его лица меня ничем не зацепили. "Значит, придётся привыкнуть!" — твёрдо сказала я себе, — «И вообще это просто боязнь девушки перед неизвестностью в постели. Это пройдёт!»