Книга Такие разные родные, страница 121 – Анна Глушкова

— Значит, если я буду его пить, то стану обычным человеком?

— Только внешне, мой мальчик, — усмехнулся дракон, — все твои способности останутся при тебе, и ты в любой момент сможешь ими воспользоваться.

— Отличная новость, но прежде, чем я отправлюсь на Землю, позволь мне увидеться с матушкой.

— Это еще зачем? — скривился в недовольной гримасе дракон, — ты уже достаточно взрослый, чтобы не цепляться за материнскую юбку.

— Я просто хотел с ней поговорить. Она ведь не понаслышке знает, кто такие эльфы и феи. Возможно, в разговоре со мной она подаст мне какую-нибудь идею о том, как мне справиться с этой девчонкой без вреда для себя. Мать всегда на стороне сына, не так ли?

— Я не перестаю восхищаться твоей предусмотрительностью, — коварная улыбка расцвела на лице дракона, — пожалуй, ты прав, и из вашего разговора может выйти толк. Отправляйся, даю тебе разрешение на эту встречу. Но времени у тебя не много. Завтра утром жду тебя здесь, — с этими словами дракон стянул с пальца перстень и протянул его сыну. — Этот перстень откроет тебе прямой портал в Валиарт.

Забрав перстень, юноша снова склонил голову, приложив руку к сердцу, а затем повернулся и быстрым шагом покинул помещение.

* * *

— Сынок, наконец-то! — высокая стройная эльфийка бросилась в объятия сына, как только он шагнул из портала, — я уже боялась, что он больше не позволит нам видеться.

— Не волнуйся, матушка, я не допущу этого, — юноша крепко обнял женщину, уткнувшись лицом ей в макушку.

— Он ничего не заподозрил?

— Нет, я не давал ему повода. Но мне надо с тобой серьезно поговорить.

Женщина подняла на сына обеспокоенный взгляд. Она была стройной и хрупкой, как и все эльфийки. Длинные белые волосы были заплетены в небрежную косу. Несколько коротких прядей у левого виска были собраны в тоненькуюкосичку, которую фиксировали три небольших бусины, нанизанные на серебряную нить. Эта косичка свободно свисала вдоль лица и придавала женщине озорной вид.

Лицо ее было узким, как и у всех эльфов, с ярко очерченными скулами и огромными глазами, один из которых был бледно-голубого цвета, а второй ярко-зеленый, как и у сына.

Это лицо было бы идеально, если бы не три шрама, словно от когтей, начинавшихся чуть выше правой брови и заканчивавшихся под глазом. Шрамы были старыми, белесыми. Было видно, что их пытались залечить, но до конца этот процесс так и не довели.

Одета была женщина в узкие брюки, заправленные в высокие мягкие сапожки. Сверху ее наряд состоял из подобия длинного камзола с жесткими плечами и воротником-стойкой, больше напоминающим военную форму, чем женскую одежду. По бокам камзол имел разрезы почти до талии. Лишь небольшая вышивка по воротнику и вдоль застежки служила украшением этой одежды.

Весь наряд был блеклого серо-голубого цвета, словно маскирующего носящую его блондинку, делавшего ее бледной и невыразительной. Лишь ее глаза выдавали те чувства, что владели ее душой, в них была жизнь и страсть, а когда она смотрела на сына, в них горела безграничная любовь.

— Что случилось? — волнение отразилось на прекрасном лице.

— Он отправляет меня на Землю. Хочет, чтобы я нашел и обезвредил какую-то фею. Эта девчонка как-то умудрилась уничтожить Вестроса, представляешь? — юноша не смог сдержать восхищения в голосе, — к тому же она уже получила среди драконов прозвище Неопалимая, потому что ей не страшен наш огонь. Ты знала, что такое возможно?