Книга Космический замуж. Невинная для неуязвимых, страница 34 – Саша Май

— И как же… починить Орфея? — спрашиваю дрожащим голосом.

Теринн поворачивает голову, глаза холодные, но в них появляется азарт. Он достаёт коммуникатор, совершает вызов.

— Привет, дружище Зиндар. Давненько не слышались. Слушай, утебя на свалке случаем не завалялись останки робота серии OR1500-LX? — Теринн ждёт, ответа, а я затаиваю дыхание и скрещиваю пальцы. — О, отлично. Именно голову и торс я и ищу. Привезёшь? Жду.

Он поворачивается ко мне.

— Через пару часов у нас будет образец робота, из которого…

— Можно будет сделать дистрибутив прошивки, — догадываюсь я, — и ядро располагается в голове и груди, соединённое шиной.

— Какая ты умница, — довольно произносит Теринн, просматривая логи дешифрации Ки. — Альтор не ошибся, взяв тебя в жёны.

— Я всё ещё тут, — бурчит мой муж из-за спины. — И планы у нас на Алину куда больше, чем просто на Шарин.

Теринн поднимает голову от экрана.

— Ты говоришь про ритуал? — спрашивает он.

— Как только Алина будет готова, — отвечает Альтор.

Я перестаю понимать, о чём они и настораживаюсь.

— К чему? — я смотрю на него с недоверием.

Он не выглядит виноватым, как человек, который что-то скрыл. Напротив, взгляд у Альтора уверенный и тёплый. Он собирается мне ответить, но его прерывает сигнал диагностического стола.

— Доступ к закрытым секторам открыт, — сообщает Рорк. — Обнаружены нестандартные архивы. Метаданные помечены как оперативные.

Теринн резко выпрямляется.

— Ну давай посмотрим, что там за архивы, — произносит Теринн и выводит на голоэкран содержимое зашифрованных секторов.

Архив открывается, и на диске обнаруживается файл с названием «Операция: День насекомых». Я холодею. Это было скрыто. Что за грязный секрет мы только что откопали?

Алина

Экран вспыхивает. Включается запись. Снятая прямо из глаз робота. Я сразу узнаю угол обзора: оптика серии LX, широкоформатная, с усилителем света.

И первое, что видно — небо цвета ржавчины. Система Орикс. Меня уже выворачивает изнутри.

— Увеличь, Рорк, — хрипло произносит Теринн.

Кадр распахивается, захватывая больше пространства. И я вижу людей. Много.
Толпа гражданских — женщины, старики, двое детей держатся за руки. Они бегут. Кто-то падает. Кто-то поднимается. Кто-то уже не может.

А следом за ними вереницей идут роботы LX-серии. Такие же, как Орфей.

Только не один… а сотни. Гонят мирных жителей. Безжалостно. Чётко. Без эмоций.

— Нет… — шепчу. Руки и ноги становятся ватными.

Запись продолжается. Роботы дают первый залп. Пули рвут стены домов, людей разрывает как тряпичных кукол. Кровь на камере — яркая, красная, липкая.

Запись обрывается. Но тут не один такой файл.

— Продолжай, Рорк, — глухо выдыхает Теринн.

Я хочу попросить остановить, но знаю, что должна увидеть. Теперь улица города. Снято с дрона типа Ки, с высоты. Дома полыхают. В дыму видны силуэты роботов, которые заходят в дома и стреляют внутрь, даже не глядя.

Тела горожан устилают улицы, те дети… лежат вместе, будто они пытались спрятаться друг за друга. Меня выворачивает. Я хватаюсь за край стола, чтобы не упасть.

На третьем видео то же. Жестокая расправа над беззащитными гражданскими. Внизу экрана пишется дата и название «Операция «День Насекомых».

— Нет… нет, нет… — я качаю головой. — Это не может быть правдой…

Но архив не врет. Заканчиваются видео, Рорк открывает документы. Приказы.
Прямые командные цепочки. Уничтожение инфраструктурных объектов, геноцид гражданских. И самый ужасный приказ — снять поведенческие блокировки с партии роботов LX-серии. Поэтому они смогли стрелять в безоружных.