Книга Избранная для магната с планеты Аксилор, страница 80 – Ксения Хоши, Саша Май

— Я не Эйри, моей силы не хватит, чтобы открыть его, — говорю ему, пытаясь потянуть время. — Вы делаете ошибку!

— А это мы сейчас и узнаем, — роняет Сорен, не глядя на меня, и бросает взгляд на одногоиз своих людей: — Всё готово?

— Готово, Лок, — отвечает тот.

По голосу, он Векс. Среди наёмников есть вексы. Сколько времени Сорен создавал свой план и в какой момент включил меня в уравнение?

Осколки действительно расставлены по периметру саркофага.

— Вы с большой вероятностью убьёте меня, но не откроете саркофаг, — говорю, пытаясь в последний раз воззвать к голосу разума.

— Прекращай вякать, — рявкает Сорен. — Я тебя и так слишком долго терпел. Дышал твоим тухлым земным запахом.

Двое с потными лицами, которые держат меня огрубевшими ладонями и пахнут старым металлом вперемешку с дешёвым пластиком, волокут меня к саркофагу. Сама идти я вообще не в состоянии.

— Не трогайте меня! — пытаюсь дёрнуться, но сил нет.

Они забрасывают меня на саркофаг, как тушу. Руки и ноги растягивают, обматывают шнурами и закрепляют. Но как только кожа касается поверхности саркофага, голова начинает кружиться. Я будто проваливаюсь в бездну.

В глазах темнеет. Реальность плывёт. Воображение ловит галлюцинации. Множество женщин и мужчин с белыми волосами поют. Они поют мне.

Я перестаю понимать, где я. Кто я. Что я вообще такое.

Сквозь пение, сквозь белое марево раздается голос Сорена.

— Начинайте ритуал, — приказывает Сорен.

Нет! Ну должно же что-то случиться! Не может все так закончиться!

Трой

Я лечу как на грани срыва. Гравикар выжимает максимум, ревёт на виражах, едва прорывается сквозь турбулентности на такой скорости, но я не торможу. Не могу.

На экране коммуникатора биопоказатели Весны. Они шкалят. Пульс за двести. Дыхание урывками. Стресс запредельный.

Я дрожу. Пальцы скользят по панели. Капли пота бегут по вискам, затекают за ворот. Пульс в горле. Жар и озноб одновременно.

Весна. Только бы успеть. Только бы не поздно!

Когда я обнаружил её, они только подлетали. У меня есть немного времени. Я должен успеть!

Сажаю гравикар у резервного входа в раскоп — и замираю. На платформе военный гравикар. Сорен не просто предал — он заручился поддержкой спецназа.

Вырубаю двигатель, спрыгиваю с сиденья. Сердце не бьётся — колотится. Прячу родной любимый бластер за пояс.

Рвусь к замаскированной двери. Перебираю коды. Один. Второй. Четвёртый. На пятом дверь наконец-то сдвигается в сторону. Вхожу в каменный коридор — естественно, вагонетки нет. Она там.

Проклятие!

Срываюсь и бегу. Камень под ногами гремит. Бластер бьет по позвоночнику. В груди жжет. Мне не хватает воздуха, но я не останавливаюсь. На повороте цепляюсь за выступ, роняю бластер, он стукается о пол. Подбираю. Ему ничего не будет, но это лишние секунды, которые могут стоит Весне жизни!

Подлетаю к внутренней двери — той, которая ведёт к саркофагу. Ввожу код — снова не подходит. Сорен наверняка выбрал самые редко используемые. Перебираю. На седьмую попытку удается. Хорошо, что у меня отличная память!

Дверь открывается медленно. За ней слышалась возня, и теперь она замирает, остается только гудение. Похоже, ритуал уже начат! Бездна! Весна, только не умирай!

Я прижимаюсь к стене. Они уже поняли, что у них незваный гость, а значит, в проем полетят выстрелы.