Книга Идеальная для космического босса, страница 16 – Ксения Хоши, Саша Май

— Университет лингвистики в Новом Мадриде… — тихо начинает она. Голос дрожит. — Папа работал в частной логистике, мама преподавала. Они… погибли в аварии. Я работала в адаптации инопланетных гостей на Земле. Платили копейки, а выбиться не получалось. Все позиции схвачены и куплены. Я продала всё, чтобы прилететь сюда. Я хотела заслужить признание там, где меня оценят по достоинству.

Она говорит уверенно. Без колебаний. Всё звучит как правда. В голосе — тень боли, видимо, переживает о родителях.

Я слушаю. Запоминаю. Сверяю с досье. Всё, что она говорит — совпадает.

Продолжаю массаж, ухожу ниже — вдоль позвоночника, к пояснице.Масло делает кожу шелковистой. Я почти не дышу.

Она тянется рукой, чтобы убрать волосы с шеи. Поднимает плечо, бросает на меня взгляд — и делает это… так, что мне срывает предохранители. Резко замираю. Сердце пропускает удар.

Это личный фетиш, женщина выглядывающая из-за плеча. Она не могла этого знать, сделала случайно. Не нарочно. И оттого невероятно естественно.

Я смотрю на это её движение — невинное, неосознанное и внутри всё закипает.

Пульс стучит в висках. Я уже не смогу остановиться.

Руки сами скользят ниже, между её бёдер. Она вздрагивает. Не от страха — от желания. Мокрая. Вся. Я тихо стону, сглатываю ярость и возбуждение. Массаж окончен.

После я выясню, что с моим сигма-кодом, а сейчас… сейчас я возьму её так, как захотел с первой секунды.

Дэйн

Я смотрю на неё, лежащую на животе, расслабленную, тёплую, с медленным, ровным дыханием. Массаж убрал всё напряжение, растопил её тело под моими ладонями — но моё не отпустило. Наоборот.

Я разрываюсь.

Хочу её до боли в челюсти. До дрожи в мышцах. До озверения.

Саша — мой наркотик. Я даже не знал, что так можно хотеть. Она сводит меня с ума не ласками, а самой своей кожей, запахом, звуком дыхания. Я сгораю от неё.

И эта жажда — не та, что можно погасить разом.

Я ложусь рядом. Пальцы скользят по линии позвоночника. Она вздрагивает. Не от страха — от желания. Переворачивается на спину, и я вижу её лицо. Губы приоткрыты. Щёки пылают. Глаза смотрят с ожиданием.

Она знает, чего я хочу. И она — хочет этого тоже.

— Саша, — рычу. — Сейчас я не остановлюсь. Не хочу останавливаться. Не могу.

Она кивает.

Я срываюсь. Мои губы захватывают её шею. Целую. Кусаю. Пальцы грубо сжимают бёдра, развожу их, ложусь между. Я не тороплюсь войти. Пока что — просто трогаю. Ласкаю. Изучаю.

Она уже влажная. Там всё пульсирует от возбуждения. Я наклоняюсь и провожу языком по её груди. Обхватываю губами сосок, а рукой дразню вторую грудь.

Саша извивается. Стонет. Бёдра подрагивают. Я не говорю больше ничего. Зачем, если тело кричит за меня?

Мои пальцы опускаются между её ног. Я вхожу двумя. Она захлёбывается стонами. Мокрая. Горячая. Я чувствую, как она сжимается — и продолжаю. Дразню, качаю пальцами в ней, одновременно облизываю её сосок, пока она не выгибается дугой.

Оргазм пронзает её, как ток. Она вскрикивает. А я только сильнее возбуждаюсь. От её запаха. Вкуса. Вздохов.

Я не могу больше.

Вхожу в неё не резко, одним плавным движением. Она всхлипывает — не от боли, от удовольствия. Её ногти впиваются мне в плечи. Я хватаю её за бёдра и начинаю двигаться. Сначала медленно. Глубоко. Потом быстрее. Жёстче.

Я хочу утонуть в ней. Я хочу, чтобы она кричала от удовольствия. Чтобы не могла думать, говорить, дышать — кроме как моим именем.