Книга Последняя из фениксов для принца драконов, страница 122 – Мария Боталова

— Могу. Да, пойдем на улицу. Пройдемся по парку.

Я встретилась взглядом с Дрэйвом. И не смогла прочитать, что задумал дракон. Перестал ли он злиться? Ведь даже если я не оговаривала его бывшую — я ведь все равно дрянь? Если только не выпалю в лоб,что я феникс и понятия не имела, что стала его истинной. А этого я делать уж точно не собираюсь.

Дрэйв пропустил меня вперед и вышел из комнаты вслед за мной. Мы направились к лестнице. Так и молчали, пока не вышли на улицу.

Небо и правда заволокли темные тучи. Дождь еще не начался, но, судя по виду туч, вот-вот закапает.

Дрэйв снял с себя жакет и накинул мне на плечи. Я не стала отказываться.

— Спасибо, — поблагодарила сдержанно.

Когда мы отошли от общежития, вокруг взметнулась магия. Язычки пламени забегали по воздуху и окружили нас желтоватым маревом. Похожее я видела на испытании, когда Дрэйв защищал меня от магических снарядов и заклинаний.

— Нас никто не услышит. Так что спектаклей устраивать не будем, — пояснил принц.

Я кивнула, не желая первой начинать разговор. От подкола «Если только ты не начнешь размахивать руками и бегать по кругу» — тоже удержалась.

Какое-то время мы шли молча. Наконец Дрэйв произнес:

— Я поговорил с твоими подругами. Они подтвердили. Лисанна дала тебе этот артефакт. Ты меня не обманывала.

— Как неожиданно. — Да, вот теперь я не сдержалась. Обида все-таки прорвалась в едком замечании.

— Да, я обвинил тебя несправедливо, и за это приношу свои извинения. — Дрэйв остановился, прожигая меня напряженным взглядом. — С Лисанной я тоже поговорил. Она не признавалась, конечно, но я догадываюсь, что для нее был бы благоприятен любой исход. Из-за обиды она готова была даже на мое исключение с соревнований. Надеялась, что в расстроенных чувствах я приду к ней, ведь все будет выглядеть так, будто нас исключили из-за твоей неосторожности. Но даже так, как вышло… да, я не поверил, и мы с тобой поссорились. Прости. Но, Марина… мне все это надоело. Хватит игр. Я хочу свою истинную.

— Нет. — Я так опешила, что ответ вырвался прежде, чем успела подумать.

Дрэйв смотрел укоризненно. Вздохнул так устало, будто ему и правда все надоело.

— Зачем, Марина? Зачем ты сопротивляешься? Мы можем быть вместе. Мы можем быть счастливы. И мне совершенно непонятно твое упрямство, из-за которого ты можешь лишить нас обоих счастья.

А во мне опятьподнималось раздражение.

— Ты хоть сам себя слышишь? «Мне надоело», «хочу свою истинную». И ты ни разу не спросил, а чего хочу я! На кой мне такая истинность, если ты плюешь на мои желания и думаешь только о себе?

— Как это не спросил⁈ — опешил Дрэйв. — Я постоянно тебя спрашивал. Почему отталкиваешь, чего ты хочешь. Не только спрашивал — но и делал так, как ты хочешь!

— О, прекрасно. Пришли к тому, с чего начали. Ну хорошо. Ты делал, как я хотела. Бесился тихонько, но делал…

— Я не бесился.

— Разве? А мне показалось, давно закипал. Иначе с чего так сорвался?

— Я уже извинился.

— А я не могу все забыть и идти дальше по щелчку пальцев, будь ты хоть трижды мой истинный. Я хочу разобраться и понять, а нужно ли мне все это. — И пока Дрэйв не успел что-то сказать, он уже явно собирался то ли возмутиться, то ли возразить, выпалила: — Как насчет тебя и Лисанны? Если ты не бесился из-за необходимости за мной ухаживать, «выплясывать», как сам выразился, значит, вся злость вспыхнула, когда ты подумал, будто я оговариваю Лисанну. И еще раз напоминаю. Ты даже мысли не допустил, что это не так! Что я могу говорить правду. Что ты к ней чувствуешь? Почему она важнее, чем я, если именно я — истинная и именно со мной ты хочешь быть?