Книга Академия Запретных Жестов. Курс 1. Сентябрь, страница 182 – Гарри Фокс

Герой-призрак. Барон Роберт фон Дарквуд, официально мёртвый и оплаканный, не просто был жив. Он дурачился в коридоре чужого поместья со служанкой.

Нарушение всех условностей. Аристократ, да ещё и такой знаменитый, вёл себя как простой парень — обнимал за талию служанку, кривлялся и смеялся с ней наравне. Для одних это было шоком, для других — глотком свежего воздуха.

Тот самый трек. Музыка, которую они выбрали, стала настоящим хитом. Мощный бит и дерзкие слова идеально легли на видео.

Трек звучал повсюду. Его напевали на улицах, он гремел в тавернах, его ставили на своих магических коммуникаторах молодые аристократы, шокируя консервативных родителей.

Brought into this world, to shatter and break,

I'm here to disrupt, no room for mistakes.

So step aside, or feel the ground shake,

Best be warned, for goodness sake.

Э БУМ! Я магистр этих знаний

Э БУМ! Я основание для зданий.

Э БУМ! Я разъебал ей матку.

Э БУМ! Как нубов, что запустились в катку.

А потом начинался женский вокал, который довершал разрыв шаблона:

(Женский вокал)

Ты не купил мне топовые шортики,

Потому что наша любовь запрещена.

Ты аристократ, а я служанка вся в готики.

Но я буду приходить ночью, пока спит твоя жена.

Сочетание агрессивного рэпа с почти балладной, меланхоличной и одновременно такой дерзкой женской частью сводило людей с ума. Это была не просто песня, это был манифест. Манифест против условностей, против сословных барьеров, против старого порядка.

Видео с Робертом и служанкой стало визуальным воплощением этого манифеста. Хештеги #ИмбаВГороде, #БаронЖив, #ЗапретнаяЛюбовьи, конечно, #ТоповыеШортикивзлетели в тренды.

Консервативные аристократы негодовали. Герцог Каин Блад, увидев запись, по легенде, разнёс свой рабочий кабинет. Князь Эклипс сжал кулаки, понимая, что возвращение «мёртвого» барона и его внезапнаянародная популярность ломают все его планы.

А простой народ и молодёжь были в восторге. Барон Дарквуд стал для них символом чего-то нового — сильного, но своего, близкого, бунтующего против затхлых устоев.

Служанка, снявшая видео, за один день стала звездой магического интернета. А Роберт, сам того не желая, из простого вернувшегося героя превратился в икону целого поколения и главную головную боль для правящей элиты. И всё это из-за одного нелепого селфи и видео.

Но, наши герои еще об этом не знают. А их популярность взлетит буквально уже к вечеру этого дня.

Дверь в обеденный зал распахнулась, и я вошел под пристальными взглядами собравшихся. Помещение было столь же величественным, как и остальные покои — высокие потолки, гобелены, длинный стол, ломящийся от яств. Моя спутница-служанка, все еще слегка розовая от недавнего веселья, торопливо проскользнула вперед и заняла положение у предназначенного для меня стула, стараясь придать лицу невозмутимое выражение.

Граф Виктор фон Фелес и его супруга поднялись мне навстречу. Их лица озарили теплые, искренние улыбки.

— Барон фон Дарквуд, доброе утро! — поприветствовал граф.

— Мы рады видеть Вас за нашим столом, — добавила графиня.

— Доброе утро, — поклонился я в ответ. — Благодарю за гостеприимство.

Мой взгляд скользнул по столу и задержался на сидевшей напротив девушке. Это была, должно быть, младшая сестра Жанны — та же шелковистая шатенка, те же пронзительные серые глаза, но в ее взгляде читалось не холодное высокомерие, а живое, заинтересованное кокетство. Она тут же уловила мой взгляд, опустила ресницы, а затем снова посмотрела на меня, слегка склонив голову и играя с кончиком вилки. Очень красивая. И очень юная.