Книга Князь: Попал по самые помидоры, страница 192 – Гарри Фокс

И тут она встала.

— Мне так неловко… — она потупила взгляд, играя краем плаща. — Мне нужно… в туалет. Кустики. Можно?

Прежде чем я успел что-либо сказать или предложить сопроводить ее, два кошколюда — самые молодые и азартные — сорвались с места как угорелые.

— Конечно, мисс! — почти хором выдохнули они, их глаза горели решимостью и чем-то еще, более животным.

— Мы сопроводим! — заявил первый, хватая свой клинок.

— Оберегать от опасностей! — подхватил второй, начищая когти о камень.

Они уже окружили ее, готовые вести в темноту одного из туннелей, даже не спросив моего разрешения.

Я чувствовал, как по спине ползет холодок. Все было не так. Слишком быстро, слишком готово. Ее робость казалась фальшивой, а их рвение — подозрительным и нездоровым.

— Стойте, — прорычал я, поднимаясь. — Никто никуда не…

Но остальные кошколюды только зафыркали и заворчали, смотря на двух «счастливчиков» с плохо скрываемой завистью.

— Да ладно, князь, — буркнул один старший, точа коготь. — Девочке помочь надо. Ребята присмотрят.

— Им тоже размяться надо, а то засиделись, — добавил другой, с явной усмешкой.

Тыгтыгович молчал, его желтые глаза были прищурены, он следил за девушкой с молчаливым, нечитаемым выражением на своей звериной морде.

Девушка бросила на меня взгляд — испуганный, обиженный, полный невинности.

— О, пожалуйста, господин… я быстро. Я не хочу быть обузой…

И этот взгляд, полный фальшивой слезы, добил моих воинов окончательно. Два кошколюда уже почтительно взяли ее под руки и повели вглубь правого туннеля, их тени быстро растворились во тьме.

Я остался стоять, сжав кулаки, с гнетущим чувством, что только что совершил огромную ошибку, позволив увести в темноту неизвестно что в обличье беспомощной красотки. А вокруг меня сидели остальные кошколюды, которые только облизывались и завидовали, абсолютно не подозревая, что их сородичи, возможно, ведут на поводке саму смерть.

Мы остались сидеть в гроте, и тишина повисла тяжелее, чем сырой воздух пещеры. Я уселся на холодный камень, спиной к шершавой стене, и попытался собраться с мыслями.

Внутри все сжималось от знакомого, подлого предчувствия. Да, я был Драконом. Да, я мог жечь и крушить. Но каждая битва отзывалась в животе ледяным комом. Это не был страх смерти — скорее, страх провала. Страх не оправдать доверия этих безумцев, которые смотрели на меня как на воплощение самой мощи. А еще ныло плечо. Тупая, назойливая боль напоминала о недавней ране и о том, что я не неуязвим. Спасибо Лире и Ирис — их мази и, хм, «отвлекающая» забота здорово помогли, но до полного заживления было далеко.

Я закрыл глаза, пытаясь дышать глубже. Вспоминал пламя, что клокотало в жилах. Вспоминал вкус власти. Это помогало. Немного.

И тут из темноты правого туннеля, куда ушла наша троица, донесся звук.

Не крик. Не предсмертный хрип. Это был… сдавленный, влажный чавкающий звук. Затем — короткое, глубокое урчание удовлетворения, такое, какое издает кот, сожравший особенно жирную мышь. Потом — полная тишина.

Все кошколюды, включая Тыгтыговича, разом насторожились. Уши встали торчком, глаза впились в темноту, хвосты замерли. Рука сама потянулась к эфесу меча. Адреналин ударил в голову, смывая все страхи. Сейчас будет бой. Сейчас…

Но из мрака появились они.