Книга Князь: Попал по самые помидоры, страница 206 – Гарри Фокс

— Можно раз в месяц! — гордо объявила Лира, подбоченившись, как будто только чтоподарила мне королевство.

— Что раз в месяц? — я искренне удивился.

— Быть с тобой, — пояснила Лира, как о чем-то само собой разумеющемся. — Только ради тебя. И то… под большим вопросом.

И, фыркнув в унисон, как три разъяренные кошки(Лира не как), они развернулись и пошли прочь, осматривать захваченную крепость, оставив меня в легком ступоре.

— Чего? Я как бы и не хотел вообще-то… — пробормотал я им вслед, но они уже не слушали.

Из-за моей спины, словно из-под земли, выросла Вротмнехеровна.

— Ой-йой, — прошептала она сладким, ядовитым голоском. — А месяц-то только начался… А значит, уже можно… — Два ее холодных пальчика, словно паучки, начали свой марш по моей нагрудной пластине, уверенно устремляясь вниз, к поясу.

— Так! Милочка! — я резко поймал ее запястье, останавливая продвижение. Она надула губки.

Я окинул взглядом ее тело. Она тут же, демонстративно, распахнула мой плащ, показав все свои «прелести» во всей красе.

— Сначала, — сказал я, заставляя себя смотреть ей в глаза, а не ниже, — надо найти тебе одежду.

— Мне и так хорошо, — возмутилась она, пытаясь высвободить руку.

— И надо что-то делать с твоим именем. Оно слишком… странное. — я сморщился. — Ладно. Будешь Оксаной. Почти как Роксана… но без того, чтобы меня предавать.

Я произнес это просто так, сгоряча, не ожидая никакого эффекта.

Но произошло нечто. Воздух вокруг ее шеи сгустился и затрепетал. Светящиеся сиреневые руны сложились в тонкий, почти невесомый магический ошейник, мягко обвив ее шею. Он слабо светился, затем потускнел, став почти невидимым.

Суккуб замерла. Ее глаза расширились от неподдельного шока. Она потрогала пальцами свою шею, ощупала невидимую нить энергии.

— Чего? — прошептала она. — Как⁈ Что это⁈ Не может быть… Как⁈

Ее уверенность вдруг испарилась. В ее голосе впервые прозвучала не наигранная, а самая настоящая растерянность и даже страх. Похоже, в этом мире имена действительно имели силу. И я, сам того не желая, только что установил над ней свою власть.

Я смотрел на нее, на этот внезапно появившийся магический ошейник, на ее растерянное, испуганное личико, и что-то во мне сорвалось. Я начал смеяться. Сначала тихо, потом все громче, пока не разразился неистовым, животным хохотом, держась за живот. Слезы ручьем текли по моим щекам.

— Вот тебе и раз! — я едва выговаривал слова, давясь смехом. — Только не говори мне, что ты теперь моя рабыня и будешь делать все, что я скажу! Это же просто анекдот!

— Это не может быть так! — возмущенно прошипела Оксана, пытаясь сорвать с шеи невидимые путы. Но ее пальцы просто проходили сквозь свечение, не находя физическое явление ошейника. — Это какой-то дешевый фокус!

— Оксана, — сказал я, все еще хихикая, но уже с властной ноткой в голосе. — На колени.

Я произнес это скорее как шутку, чтобы проверить. Но ее тело отреагировало мгновенно, будто по ней ударили током. Она ахнула, и ее ноги сами подкосились, заставляя ее грузно опуститься на колени передо мной. Ее глаза стали круглыми от ужаса и полного недоумения.

— Оооо, — я протянул, и моя ухмылка стала еще шире. Веселье потихоньку сменялось любопытством и осознанием открывающихся возможностей. — Вот это поворот. Это будет очень, очень весело. Ладно, Оксана, первое приказание: найди себе одежду. Нормальную. И оденься. Быстро.