Онлайн книга «Князь: Попал по самые помидоры»
|
— НИ ШАГУ ДАЛЬШЕ, ВРАГ! Ваша Светлость, скачите! Мы прикроем! Для нас чест… Р-р-р-р-р-р! Из кустов у дороги, с диким кошачьим рыком, вылетел кошковоин. Не грозный воин, а скорее молодой, растерянный на вид парень с пятнистыми ушами и взъерошенным хвостом. Он бежал с такой скоростью, что едва не падал, и отчаянно махал рукой: — Уважаемый князь! Стойте! Госпожа Лира!.. Она получила письмо! У нее вопросы! Очень срочные! Про «духовное обогащение» и… и горячую воду! Она велела Вас вернуть! Немедленно! А то она сама при… Годфрик глянул на меня. На его лице, обычно веселом, было написано трагическое величие. По щеке скатилась крупная, искренняя слеза. — Милорд… — прохрипел он с разбитым достоинством. — Скачите дальше! Я… я пожертвую собой! Отвлеку кошачьего посланца! Расскажу ему про… про целебные свойства местной грязи! Возможно, утонем вместе! Но Вы — спасайтесь! Ради княжества! Ради… будущих оргий в честь Роксаны! — Он уже разворачивалсвоего коня, готовясь броситься навстречу кошковоину в геройском, но абсолютно бессмысленном порыве. — ГОДФРИК, ТЫ ДЕБИЛ! — рявкнул я, едва удерживая коня. — Он же один! И он не вооружен! Нас не догонит! Скачи, кретин! Верные рыцари Годфрика, услышав только слова «пожертвую собой» и «князь», пришли в священный экстаз. Они с рёвом бросились не на кошковоина, а на меня— вернее, между мной и несчастным посланцем, создавая живой щит. — СКАЧИТЕ, ГОСПОДИН! — орал усатый командир, отбиваясь плащом от растерянно царапающегося кошковоина, который пытался просто пробежать мимо. — МЫ ЗАДЕРЖИМ ЕГО! ДАЖЕ ЕСЛИ ОН ЗАХОЧЕТ ОБСУДИТЬ ТЕХНИЧЕСКИЕ НОРМЫ ВОДОСНАБЖЕНИЯ! ДЛЯ НАС ЧЕСТЬ УМЕРЕТЬ ЗА ВАШ ГРАЖДАНСКИЙ ПОДВИГ! Двое других рыцарей, с фанатичным блеском в глазах, уже пытались «обезвредить» кошковоина, накидывая на него плащи и спотыкаясь о его хвост. Тот визжал от возмущения и страха. На мои глаза, против воли, навернулись предательские слезы. Идиоты. Верные, самоотверженные идиоты. Они готовы были погибнуть под когтями кошколюда не в битве с Аскароном, а из-за моего вранья про горные источники и желания смыться от невесты на мальчишник. — ПАРНИ! — крикнул я, уже разворачивая коня и пришпоривая его. Голос дрожал. — Я ВАС НЕ ЗАБУДУ! ДЕРЖИТЕСЬ! И… — в голове всплыл единственный достойный эпитет, — … ДА ПУСТЬ РОКСАНА ОСВЕТИТ ВАМ ПУТЬ СВОИМИ БУЛОЧКАМИ! САМЫМИ СЛАДКИМИ! Лица трех рыцарей, мелькнувшие в последний раз, озарились блаженными, безумными улыбками. Они услышали Высшее Благословение. Усач даже перекрестился плащом. Они с удвоенной яростью (и полным отсутствием боевого умения) продолжили «задерживать» орущего кошковоина, который теперь явно жалел, что вызвался с поручением. Годфрик, утирая слезу рукавом и уже забыв про жертвенный порыв, догнал меня. — Эпично, милорд! — проревел он на скаку, его голос дрожал от восторга. — Прощание! Слезы! Благословение булочками! Ох, они войдут в легенды! Песни сложат! — Он выдохнул, на его лице снова появилась озабоченность. — Только вот… «Мурка» наша… она там с конвоем была. Надеюсь, кошковоин ее не опознал? А то придется «огненной воды» на откупные отдавать… Мы мчались по лесной дороге, оставляя позади нелепый, но трогательный бой за мое право на день свободы. Горы были уже близко. Источники ждали. А в спинумне, казалось, уже дул ледяной ветерок от ярости розовоухой невесты и звона точимых где-то за спиной когтей. Один день. Один чертов день без кружевных войн, политики и бирюзовых глаз, полных слез. Оно того стоило. Надеюсь. |