Книга РОС: Забытый род, страница 48 – Гарри Фокс

Мои глаза? Я рванулголовой в сторону, где огромное зеркало в золоченой раме отражало часть комнаты и… меня. Лицо бледное, осунувшееся. Волосы всклокочены. Но глаза… Мои. Карие. Обычные. Ни следа рубинового пламени или даже зеленого оттенка от поцелуя Виолетты.

— Как? — вырвалось у меня. Сила, жар, власть — все испарилось, оставив пустоту и слабость.

— Интоксикация видимо прошла, — ухмыльнулась рыжая, ее взгляд скользнул по моему телу оценивающе. — Ничего. Когда твое тело полностьюпреобразится… все вернется. И я смогу смотреть в них… сколько захочу. — В ее голосе звучало обещание чего-то долгого и, возможно, болезненного.

Она вдруг двинулась. Не встала. Поползла ко мне по шелкам, как хищная кошка, гибкая и бесшумная. Ее глаза не отрывались от моих. Я почувствовал теплоту ее тела, сладковато-пряный аромат, похожий на гниющие тропические цветы. Она села верхом на мои бедра, ее дыхание коснулось моих губ. В ее зеленых глазах плясали искорки азарта.

— Ммм… — она наклонилась еще ниже, ее губы почти касались моей шеи. — Как вкусно пахнет… Настоящим…

В этот момент дверь в комнату с грохотом распахнулась, ударившись о стену. На пороге, залитая светом из коридора, стояла Виолетта. На ней было не парадное мундирное платье, а черное бархатное платье в готическом стиле — корсет, кружева, высокий воротник. Ее лицо искажала чистая, неконтролируемая ярость.

— Пошла прочь! — ее голос прозвучал как удар хлыста. — Что ты тут забыла, дрянь?!

Рыжая девушка закатила глаза с преувеличенным театральным вздохом.

— Ох, моя маленькая бестия вернулась, — она даже не повернулась, продолжая смотреть на меня свысока. — А что нельзя? Он же общий! Не только твоя…

Виолетта не стала слушать. Она схватила первую попавшуюся вещь — массивную фарфоровую вазу, стоявшую на постаменте у двери — и швырнула ее в рыжую со всей силы. Ваза пронеслась со свистом. Рыжая, не отрывая взгляда от меня, ловко ушла вбок, как змея. Ваза врезалась в стену за ее спиной, разлетевшись на тысячу острых осколков. Пыль и мелкие черепки посыпались на пол.

— Ой-ой, горяченькая, — проворковала рыжая, но теперь она легла на меня полностью, прижавшись всем телом, и положила голову мне на грудь. Ее кудри щекотали подбородок. — Ммм… так тепло… и пахнет… силой… — она прошептала, явно наслаждаясь реакцией Виолетты.

— Я ТЕБЯ УБЬЮ! — проревела Виолетта и рванула вперед, не обращая внимания на осколки.

Рыжая засмеялась — звонко и язвительно — и соскочила с меня с кошачьей грацией, уворачиваясь от первого яростного захвата Виолетты. И я… черт возьми… смог разглядеть ее во весь рост. Высокая. Стройная, как кипарис. Грудь небольшая, но бедра… Боже, эти бедра были созданы для того, чтобы сводить с ума. Почему мои руки так и остались лежать на шелках? Почему я не схватил ее, когда она была так близко? Виолетта, давай, шугни ее прямо на меня… Бля… О чем я, черт возьми, думаю?!— мысль пронеслась с обжигающей ясностью и стыдом.

Начался настоящий цирк. Виолетта, шипя от ярости, гонялась за смеющейся рыжей по роскошной комнате. Они опрокидывали столики с безделушками, сбивали картины, путались в тяжелых портьерах. Драгоценные реликвии Аспидовых летели на пол и превращались в хлам. Воздух гудел от их шипения, смеха и звонкого боя фарфора.

— Девушки! — наконец рявкнул я, собрав остатки сил. Голова раскалывалась. — Может, хватит портить семейные реликвии?! И, может, вниманиеуже будет на меня?!