Книга Зелье для упрямого дракона, страница 108 – Елизавета Крестьева

— Смайла… забери себе, — еле шевелятся губы. — Он… тебя… любит… и я… тоже… прости…

— Дура… Дуська, — хриплый от рыданий шёпот в волосах, жгучая горечь гнева и тоски. — Дурочка моя… Ни на секунду, слышишь… ни на крошечный миг я не переставал тебя любить!.. никогда не переставал!.. и зелье ни при чём… я люблю тебя, слышишь?.. Зачем, зачем мне этот мир без тебя, Ева?.. Что ты натворила?…

Обрывки слов тают во мгле, звёзды разгораются сильнее, зовя к себе, качаются на далёких лугах капельки бутонов Фааль-Киир… распахиваются на полнеба прозрачные сапфировые крылья…

— Покатай меня, дракон… — выдыхаю я, прежде чем сердце делает последний толчок, и сливаются в огненные щели зрачки синих глаз…

Я была далеко, но видела всё — глазами, которые не были моими, невидимыми глазами, что воспринимали окружающее сквозь тускло мерцающую дымку золотистого свечения, заполняющего всю площадку карниза и горную долину, простирающуюся внизу.

Я видела, как хрипло рычащий мужчина, выгнутый страшной изломанной дугой, катается по камням около моего бездыханного тела. Как стремительно рвётся одежда на меняющемся, деформирующемся теле, и волокна шерстяных нитей свитера и клочья ткани повисают на жутких когтях и пластинах гребня, как сверкает сапфировая чешуя, медленно расправляется кожистая плёнка ещё сморщенных крыльев, как у бабочки, только выползшей из опостылевшего кокона. Ошеломлённая, испуганная, ничего не понимающая, я рванулась к изломанной фигурке, инстинктивно пытаясь заслонить её от чудовищной твари.

Дракон поднял голову на длинной тонкой шее и уставился прямо на меняужасными и одновременно чарующе красивыми глазами, в которых полыхало бешеное жёлтое пламя. В приоткрытой пасти клубился низкий утробный рык, на выступах головы блестели веером шипы и затейливо изогнутые серебристые рога.

Божечки-кошечки!.. Такого страха и одновременно восторга я не испытывала за всю свою не слишком долгую жизнь. Мы смотрели друг на друга как два инопланетянина, впервые осознавших, что эту Вселенную придётся с кем-то делить и не слишком осчастливленные этим фактом.

А потом откуда-то издалека послышались голоса, и вокруг дракона, описывая стремительные кривые, заметалась размытая синяя тень.

Чудовищный рык сотряс скалы, эхом ударившись об утёсы, дракон моментально извернулся, поднялся на задние лапы, полоснув по воздуху когтями. Из его пасти вырвалось слепящее пламя, крылья подняли ветер, который взметнул пыль и песок, но не мог коснуться меня.

Против воли я медленно поднималась всё выше, и вскоре показались фигурки бегущих к нам Ярташа, Элантара и заметно отстающих девчонок. Но едва мужчины добежали до площадки, Сапфировый снова страшно зарычал, и длинный язык жёлто-голубого пламени хлестнул по камням, чудом не зацепив извернувшегося в невиданном прыжке Ярташа. Элантар с расширенными от ужаса глазами распахнул руки и попятился, чтобы не подпустить близко девчонок.

— Обратился… — выдохнул он неверяще, не переставая отступать. — Но как?.. Ева?.. Где она?..

— Это же я!.. — негодующе крикнул Ярташ, снова выскочив вперёд. — Вельгорн, прекрати!.. Ты сбрендил?!

В ответ он получил очередной огненный заряд, а потом Вельгорн окончательно расправил крылья, подскочил и крутанул хвостом, как чудовищной плетью. Ярташ, отчаянно ругаясь и жмурясь, кошкой сиганул за каменный выступ, с вершины которого брызнули сбитые костяными пластинами искры. Ирри синей кометой носилась вокруг головы дракона, очевидно, пытаясь ему помешать, но тоже чуть не попала под удар огнемёта.