Онлайн книга «Зелье для упрямого дракона»
|
— Ага, достойнейшего… А я вот с детства ненавижу суррогаты. Разве тебя не смущает, что возникшее чувство может быть ложным? Что можно использовать зелье в корыстных целях? — Что за глупости, — рассердился Вельгорн. — Ни одна Хранительница не стала бы этого делать… Они — самые чистые и светлые существа во Вселенной! — Тогда почему вы вымерли, если всё так здорово и пасторально?.. Где они, ваши чистюльки? — Хранительница умирает вместе со своим драконом, — чуть высокомерно фыркнул дракон. — Когда шла война, гибли и те, и другие… — Разве Хранительницы не пытались отговорить мужей воевать, раз они такие светлые и чистые? И вообще, из-за чего был весь сыр-бор?… — Ты неуважительно отзываешься о моих — и твоих, между прочим, предках, — набычился дракон. — Это была великая война за… за верховенство в нашем мире. Победителя признали бы Драконом Драконов, и он стал бы единоличным правителем расы. Так было всегда… С тех пор, как погиб последний Правитель Норрин. А было это почти две тысячи лет назад. — Что Земля, что Дракония — один хрен, все воюют со всеми, — уныло подытожила я и села пить чай. — Ладно, о вещах исторических мы попозже подумаем. А сейчас самый насущный для нас вопрос — отворожить тебя от меня. Дракон долго молчал, и, не глядя на меня, прихлёбывал чай, от души сдобренный мёдом. На улице потихоньку смеркалось, и завели свою нехитрую песенку жирные чёрные сверчки, невесть как каждый год пробиравшиеся в нашу подсобку и периодически пугавшие нас до визга. — Ева, — наконец спросил он тихо. — Я что, совсем тебе не нравлюсь?.. В его голосе было столько печали, что даже мне стало грустно. Я вздохнула тяжко, поболтала ложечкой в чашке и попыталась объяснить: — Понимаешь, Вельгорн. Конечно, с такой внешностью и богатством — даже без учёта, что ты дракон, у любой снесёт крышу. Включая меня, — я улыбнулась, видя, что ему явно полегчалоот моих слов. — Но сейчас ты скажешь «Но…» — грустно улыбнулся он. — Конечно, скажу. Извини, если примитивно — но в красивый конфетный фантик можно завернуть что хочешь, хоть это и будет выглядеть, как конфета. Мне уже за тридцать, с одной такой «конфетой» я уже развелась, накушавшись по уши отнюдь не шоколада, хотя и там фантик был вполне неплох, уверяю тебя. Теперь мне фантика недостаточно… — Хочешь сказать, я должен понравится тебе… как человек? И тогда ты влюбишься? Точно? Я невольно засмеялась. Этот странный рептилоид, несмотря на прожитые… ну, наверное сотни лет, в чём-то вёл себя как сущий мальчишка. — Нет, не точно. Любовь — штука совершенно непредсказуемая. Ты можешь шикарно подъехать к аптеке на своём «Лексусе», весь из себя загадочный, а я в это время спокойно выйду из дверей под ручку с каким-нибудь местным мужичком и даже тебя не замечу — так мне будет с этим мужичком хорошо… — Нет у тебя никаких мужич-чков, — в голосе Вельгорна снова прорезались шипящие змеиные нотки, и он резко откинулся на спинку, сверкая синим пламенем глаз. — А ты почём знаешь? — весело изумилась я. — Ты уже давно за мной следишь, что ли? Глеб Германович возмущённо фыркнул. А потом резко сменил тему. — Я никогда не слышал, чтобы действие зелья можно было прекратить. — На любой яд найдётся свой антидот, это я тебе как фармацевт со стажем говорю. И почти уверена, что он делается на основе этой же травки. И ещё больше уверена, что моя бабуля знала, как его сделать… |