Книга Зелье для упрямого дракона, страница 60 – Елизавета Крестьева

И вообще — а что было-то?.. Ну, бросили и бросили — второй, если считать маманю — в третий раз, ну, подумаешь, беда?.. Кто ты такая, Дусенька, думаешь, свет на тебе клином сошёлся?..

В результате, когда самолёт приземлился в Новосибирске, Вельгорн был так зол, что бесить его дальше не решилась даже слегка сбрендившая я. Поэтому первое, что я сделала в аэропорту — нашла туалет и как следует поплескала в лицо ледяной воды и сделала дыхательную гимнастику, чтобы разобраться с неуместной кобылкой и показать ей, кто в доме хозяин.

— Полегчало? — спросил он, когда я, изрядно притихшая, добралась до выхода из зала ожидания, где он стоял, прислонившись к стене, и мрачно сверлил меня глазами из-под чёлки.

— Да, — искренне повинилась я. Ну в самом деле — он-то тут при чём? — Извини. Сама не знаю, что на меня нашло…

— Ладно, — помолчав, чуть смягчился дракон. — Пошли. Машина уже ждёт.

Ещё через час арендованный драконом серебристый «Лэндкрузер» выехал на знаменитый Чуйский тракт. Первую, довольно скучную часть пути по полям и сёлам я продрыхла на заднем сидении, не отсвечивая, чтобы раздражённый рептилоид пришёл в себя и успокоился. Машина шла ровно и мягко, и спала я так глубоко и сладко, подложив рюкзак под голову, что когда меня аккуратно потрясли за плечо, я еле-еле проснулась, долго не понимая, где я и что происходит.

— Что, уже приехали?.. — улыбнулась я Вельгорну, и, видимо, что-то такое было в моих заспанных очах, что он быстро отвернулся.

— Ещё нет. Но ты ведь сама себе не простишь, что продрыхла одну из самых красивых дорог страны. И меня потом сожрёшь с потрохами. Так что извини, не хочу рисковать своей чешуёй.

— О, Глеб Германович, вы уже и шутить изволите? — ухмыльнулась я и покорно выползла из машины.

И тут же обмерла от восторга.

— Что это?.. Божечки-кошечки, что это за место?.. Мы что, вДова-Норре?..

Вельгорн улыбнулся странной лёгкой улыбкой.

— Когда-то и Дова-Норр выглядел не хуже, тут ты права. Около моего замка у подножья Ледяного Клыка тоже сливались две реки, хоть и не такие большие. Это слияние Чуи и Катуни. Пойдём, прогуляемся?

Мы вылезли за ограждение трассы и выбрались на скальники, с которых открывался потрясающий вид на горную долину, по дну которой, сходясь по углам скалистого треугольника, сливались две реки — мутная мелкая Чуя и ярко сверкавшая в лучах осеннего солнца голубоватая сильная красавица Катунь. В месте слияния их воды ещё долго оставались собой, не желая смешиваться и образуя причудливый изломанный узор. А вокруг царили величественные горы — может, и не такие высокие, как около замка Элантара в Дова-Норре, но зато живые, рыжие от уже подбитой заморозками травы, мягко стекающие в обширные плато с торчащими кое-где тёмными конусами елей, отсюда казавшимися детскими игрушками из конструктора.

— Вельгорн, — я, не удержавшись, схватила подошедшего дракона за руку и от души потрясла её, — Спасибо! Спасибо, что разбудил! Это же потрясающе!.. Как же я люблю горы!..

И распахнула руки в небо, во всё горло крикнув:

— Эге-ге-ге-е-е-ей! Ты прекрасен, Алтай!..

И, к моему удивлению, Вельгорн тоже приложил руки рупором ко рту и заорал так, что у меня подкосились ноги, а в ближайших скалах запрыгало, дробясь, звонкое эхо:

— Э-ге-ге-е-е-ей!!!

И мы дружно расхохотались.