Книга Лабиринты фей, страница 51 – Валерия Аристова

— Я знаю, что ты здесь! — воскликнула Изабель, потом обернулась на Франсуа, но он не пошевелился от звука ее голоса, — Валентина! Послушай меня! Я не позволю тебе забрать его! Он нужен здесь! Он должен защитить своего ребенка! Он...

— Он слишком многовсем должен, ни никто никогда не думал, что он хочет, — услышала вдруг Изабель голос, который не звучал. Волосы ее встали дыбом, но она постаралась взять себя в руки. Ведь она сама вызвала призрак. Казалось, портрет заговорил с ней, хотя губы нарисованной Валентины не шевелились, — тебе самой придется справляться с защитой сына. А он достоин того, чтобы его защитить...

Испуганная и обескураженная ответом Валентины, Изабель упала на подушки и мгновенно заснула, чтобы утром постараться посчитать все это сном, все то, что она видела ночью. Чего только не приснится на полную луну. Утром, когда солнце светит в окна, все кажется совсем иным, знакомым и понятным. Это ночь приносит с собой панику и видения.

— Это был просто сон, — шептала Изабель сама себе, когда гуляла с сыном около моря.

Служанки шли за ней, готовые в любой момент накормить или переодеть наследника графа де Муйен. А Изабель, прижимая к себе маленького сына, вспоминала слова Валентины: “он достоин того, чтобы его защитить”.

…

Ночь темна перед рассветом, когда-то говорила Изабель старая няня. И теперь, когда дело шло к лету, когда хотелось петь и веселиться, любить и быть любимой, Эстен все чаще сопровождал Ортанс, постоянно шушукался с ней, гулял с ней и целыми днями мог сидеть в гостиной рядом с невестой, помогая ей разматывать нитки для вязания.

Изабель бесилась и ревновала. Она осталась совершенно одна. И только Виолетта, которая лишилась общества Ортанс, сопровождала ее в прогулках и сидела с ней в гостиной наверху, играла с ее ребенком, и пела ему песенки.

Изабель после разговора с Эстеном, совсем перестала петь. Она боялась, что ее песни вызовут какие-то неведомые ей явления, и долго размышляла о том, что может произойти, если она найдет те самые камни, где нужно петь, чтобы они светились.

— Ты говорила, что пела для камней, — как-то спросила она у Виолетты.

Девочка оживилась, глаза ее вспыхнули и засияли.

— Да, я тогда была маленькая. Мне папа подсказывал, что петь, и я пела.

— И что?

— И они сияли. Было очень красиво.

— Ты можешь показать мне, где это было?

Изабель замерла, ожидая, что ответит Виолетта.

Та медленно кивнула.

— Да, я помню, где это. Я покажу. Нужно немного проехать на коне, иначе идти очень долго. Хотите, мы прокатимся вместе?

Не веря в свою удачу, Изабель тутже согласилась. И уже ближе к вечеру Валентина вела ее по узкой дорожке через какие-то луга. Вдали виднелась деревня, и Изабель не понимала, куда они идут. Разве могут быть камни прямо рядом с деревней?

— Тут совсем рядом, — Виолетта обернулась, сверкая синими глазами, — прямо за деревней.

Деревня осталась позади, и девочка вывела Изабель к странному и страшному в своей странности месту. Куда хватало глаз тянулся целый лес стоячих камней. Казалось, они растут из земли. Некоторые были выше нее ростом, а какие-то только по пояс, и Изабель могла бы на них сидеть... Завороженная этим зрелищем, испуганная тем, что не понимает их предназначения, Изабель смотрела на камни, боясь, что ее рассудок не выдержит испытания.