Книга Достойный Розы, страница 138 – Валерия Аристова

— Я уверен, что так и будет, — сказал Кейр.

Саманта вдруг закружилась вокруг себя, будто она была маленькой девочкой, а не девицей на выданье. Белое платье ее засияло в солнечных лучах.

Да она и есть ребенок, вдруг понял Кейр, большой ребенок, девочка, так и не ставшая девушкой. Тело выросло, а она — осталась. Уголок рта его дернулся в подобии полуулыбки. Ему это на руку. Мисс Саманта не понимает, какую яму вырыла себе сама.

…

Роберту всегда казалось, что любовь — это нечто вечное и бескрайнее. Любовь — это то, что поглощает душу навсегда, и остается, даже если объект любви исчезает.

Приходя навестить миссис Грансильвер, он все чаще и чаще понимал, что вид ее дочери вызывает в его сердце лишь боль. Роза была все так же прекрасна, она все так же улыбалась ему, немного застенчиво, но сердце сжималось от тоски и боли, а не начинало биться сильнее от любвик ней.

Он плохо поступил с ней, принудив ее стать его невестой. Сейчас, когда все встало на свои места, он понимал, что их счастье было просто его мечтой. Роза никогда не полюбила бы его, а он страдал бы, видя, что она думает о ком-то другом. Такая юная девушка не могла бы не влюбиться. В ее возрасте это совершенно нормально. Когда-то она любила Кейра Моргана, любила так, что рискнула всем ради него. Теперь она любила Дэвида Ригла. Такие не похожие, эти два человека имели общие черты. Они оба были молоды и страстны, их страсть видна была невооруженным глазом. Роберт понимал, как тяжело мистеру Моргану держать себя в руках, когда он видит Розу под руку с виконтом, и как свысока смотрит на него лорд Дэвид, не забывая лишний раз показать свое превосходство. Да, тут страсти кипели, и ему, Роберту, не было места в их пучине.

Роберт смотрел на себя со стороны. Его любовь нельзя было назвать страстью. Он любил Розу всем сердцем, которое она ранила дважды. Но он не испытывал к ней той всепоглощающей страсти, что мелькала до сих пор в глазах Кейра Моргана или сияла в улыбке лорда Дэвида. Нет. Это было другое спокойное чувство. Но, чувство это оказалось непонятным мисс Розе Грансильвер, и она не смогла оценить его.

Миссис Грансильвер год провела в трауре, и не принимала почти никого. Роберт был одним из редких ее друзей, кому она была рада. Он долго пользовался ее гостеприимством, чтобы иметь возможность видеть мисс Розу, перекинуться с ней приветствиями, наблюдать, как она улыбается другому... Сердце его сочилось кровью, но он изо дня в день являлся на Сент-Джеймс стрит, чтобы снова молча страдать, ничем не выдавая своих переживаний.

Роберт не осуждал Розу за отказ. Она имела право любить и быть любимой. И если ее сердце желало другого, он не смел делать ее несчастной. Пусть будет несчастен он, а не она. Вот и сейчас она пробежала бы мимо, но Роберт поклонился, и Роза остановилась, видимо только заметив его. Щеки ее раскраснелись, а глаза сияли нетерпением.

— Вы пришли к моей матери, лорд Роберт? — спросила она, делая реверанс, — я так благодарна вам, мама только благодаря вам так хорошо держалась весь год. Если вам не сложно, лорд Роберт, вы не могли бы приглашать нас куда-нибудь? Она целыми днями сидит у себя и тоскует. Прошу вас, милорд,пригласите нас в Галерею? Я с радостью буду сопровождать вас!

Она замер, боясь спугнуть свое счастье. Ради того, чтобы оказаться с Розой в Галерее, он готов был целыми днями просиживать с ее матерью. Он готов был на все, чтобы увидеть ее без виконта Ригла. Чтобы она снова смотрела только на него. И чтобы он мог мечтать о ней, как прежде...