Книга Папа, купи мне принца!, страница 56 – Валерия Аристова

-Лили! — закричал он в отчаянии, уже зная, что с ней произошло. Он тряс ее, пытаясь разбудить, но голова ее моталась, как голова тряпичной куклы.

В комнату вбежала разбуженная мачеха, вдовствующая герцогиня.

-Оставь ее, — приказала она, — оставь сейчас же! Нужен врач! Ты только вредишь ей!

Доминик отошел, сжимая трясущиеся руки. Комната наполнилась слугами, все бегали, кричали, причитали, а он стоял у окна, сжав пальцами подоконник. В глазах его темнело, и только дождь, ветер, и крик, долгий протяжный крик, отпечатались в мозгу.

Лили почувствовала все, что произошло. Его трясло, как в лихорадке. Он обернулся к мачехе. Что он скажет ей? Ей, которая воспитала его, как родного сына? Что он скажет Лили? Скоро, уже скоро они спросят с него за все! Если... если Лили будет жить.

-Мадам герцогиня будет жить, — сказал седобородый доктор.

Доминик закрыл глаза. От счастья. Лили ничего не узнает. Она никогда ничего не узнает. И будет жить.

— Я очень сочувствую вам, Доминик, — сказала Мирабелла, возвращая его из прошлого на землю, — потерять одновременно жену и дитя — это большое горе.

Он обернулся к ней. Наверное, впервые кто-то посочувствовалему. Искренне, а не закрываясь стеклянной полуулыбкой, и произнося нужные слова в нужное время. И это только потому, что она ничего о нем не знает. Узнай Мирабелла правду, она бежала бы от него, как от огня. Как можно дальше. И в ее глазах появилось бы выражение брезгливости и презрения, как в глазах мачехи. Мирабелла, которая сейчас сочувственно смотрит на него, от одного взгляда которой ему становилось тепло на душе, сразу же исчезнет из его жизни, оставив его в том холоде, в котором он давно привык жить. Поэтому она никогда ничего не узнает.

Мирабелла нужна ему, как воздух. Доминик разглядывал ее лицо, обрамленное завитушками волос. Хотелось пригладить их, заправить ей за ухо. Но мечты его обречены. Он никогда не приблизится к ней, ведь как только его семья поймет, что он неравнодушен к своей фиктивной жене, они тут же расскажут ей всю правду. Они никогда не позволят ему быть счастливым. Он медленно вдохнул, стараясь не выдать своих эмоций. Никто из них никогда не узнает, что чувствует он к этой непосредственной, яркой женщине, умеющей не только складывать цифры, но и своим присутствием развеять замогильный холод его существования.

В ее расположении и дружбе залог его спасения, понял он. Рядом с ней он отдыхал. В Бостоне он благодаря ей и ее несносной сестре мог позволить себе быть самим собой. Он мог искренне смеяться. Он мог подтрунивать над Мирабеллой. Доминик перевел взгляд во двор. Замок довлел над ним, он был его пленником, похороненным заживо. И только Мирабелла смогла вернуть ему желание жить.

— Спасибо, — сказал он, не смотря на нее. Разговор о Лили давался ему с трудом. И недоверчивый взгляд Мирабеллы казался приговором.

Кем она считает его? Лжецом и вором? Кровь бросилась ему в лицо. Он заслужил ее недоверие, хотя так старался все делать идеально. Он и правда старался. Но наказание всегда найдет преступника. Но за драгоценности Аманды он хотя бы мог оправдаться. Возможно, тогда Мирабелла станет думать о нем немного лучше.

Аманда!

...Только тут он вдруг осознал, что Аманды нет в комнате. Он ведь пришел совсем не затем, чтобы говорить о Лили. Он пришел в поисках Аманды. Куда подевалась несносная девчонка?