Книга Рисующий светом, страница 36 – Валерия Аристова

— Это было бы очень мило, — сказала девочка, — принцесса Офелия любит, когда в её свите много фрейлин!

Фрейлиной Дженнифер себя ещё никогда не чувствовала. Но как можно не подчиниться приказу принцессы? Она сделала реверанс, как и полагается фрейлине.

— Не смею отказать её высочеству!

Прогуливаться в компании Мэри и Кристины оказалось намного приятнее, чем бродить по руинам одной. Кристина быстро убежала вперед, объяснив, что принцесса ожидает приезда принца, поэтому ей нужно освежиться, а для этого найти листья ландышей и самые прекрасные подснежники, чтобы вплести их в косы.

— Она не потеряется? — занервничала Дженнифер, когда малышка скрылась из виду, — ведь девочка совсем мала.

Мэри улыбнулась.

— Нет. Тут на плато как на ладони все видно. А подснежники растут за стеной, на солнечной стороне, мы сейчас туда выйдем.

Действительно, Кристину обнаружили за стеной, обойдя её с другой стороны. Девочка собирала цветы, что-то напевая, и кладя их в корзинку, которую повесила на локоток.

— Смотреть на это так хорошо, — проговорила Дженни, когда они с Мэри сели на старую каменную скамью, прогретую сегодня солнцем.

Было тепло настолько, словно пришла весна.

— Кристина — дитя любви, поэтому она так красива, — сказала Мэри, — её появление заставило меня принять самое сложное решение в жизни. Бежать.

— Отец был против вашего романа с мистером Миллером? — спросила Дженни, хотя ответ был очевиден.

Мэри рассмеялась.

— Против? Дорогая, я и не спрашивала! Генри — обычный джентри, да ещё и младший сын, отец и на выстрел не пустил бы его в замок, а уж тем более не позволил бы жениться на мне! Но мы полюбили друг друга, а потом… — Мэри снова улыбнулась, — а потом я поняла, что жду ребенка.

Они помолчали.

— Было страшно? — спросила Дженнифер, которая пыталась представить себе этот побег.

Ночь, снег, запертые ворота в замок Сидал. Наверняка лорд Лукас был в курсе замыслов сестры. Вот они выходят в ночи, кутаясь в плащи, в метель, когда ветер рвет одежду с плеч, и бегут по дороге, пока их никто не заметил. Там, в низине, за поворотом, в основой рощице их ждёт Генри… Лорд Лукас вручает ему руку своей сестры. Но тут слышатся выстрелы, лай собак…

— Отец узнал о побеге! — шепчет Мэри, и они с Генри исчезают в перелеске, оставляя Лукаса их прикрывать…

— Страшно? — в мысли её ворвался голос Мэри, — нет. Но я очень волновалась. Лукас привёз меня в Чёртов мост, и потом сюда. Тут и ждал меня Генри, и мы долгое время жили в аббатстве, боялись, что будет погоня и нас найдут. Лукас делал вид, что полюбил охоту, и ездил к нам, привозил продукты и рассказывал, что происходит в замке. Отец, конечно, рвал и метал. Он организовал погоню до самой Шотландии, приказал убить Генри, когда нас догонят, вне зависимости, женаты мы или нет. Когда же он успокоился, мы уехали в Шотландию, где и поженились. Англия была для нас потеряна, и мы отправились в Эдинбург, где родилась моя Кристина, — губы её тронула улыбка, — а потом, когда она окрепла, — в Париж.

Они помолчали. Дженнифер пыталась представить, как это, отказаться от всего ради любимого. Это было так романтично и красиво. Мэри же следила за дочерью, которая теперь играла с принцессой Офелией на пригорке, видимо изображая ожидание принца. Кукла сидела на траве, протянув ручки к солнцу, а девочка обмахивала её маленьким веером, сделанным из белой бумаги.