Книга Психо-Стая, страница 92 – Ленор Роузвуд

Тэйн моментально разворачивается к Чуме.

— Что, чёрт возьми, происходит? — шипит он. — Как ты это устроил?

Лицо Чумы — холодная маска без единой эмоции.

— Не забивай голову.

— Чушь, — рычит Виски. — Выкладывай, Док. Что ты от нас скрываешь?

Я наблюдаю за обменом реплик с нарастающей тревогой. Привычная клиническая отстранённость Чумы сменилась чем-то… холоднее. Жестче. Он избегает наших взглядов, подходит к окну и складывает руки на груди, будто закрываясь от всех.

— Это не важно, — произносит он ровно. — Мы здесь. Мы в безопасности. Разве этого недостаточно?

— Нет, ни хрена не достаточно, — шипит Тэйн. — Не когда ты ведёшь себя подозрительно, как чёртов призрак. Что ты им пообещал?

Плечи Чумы напрягаются, но он даже не поворачивается.

— То, что мы можем себе позволить отдать.

По позвоночнику пробегает холодок. Что это значит? Что он мог предложить, чтобы им не просто позволили нас принять, а встречали нас как гостей?

Но прежде чем Тэйн успевает надавить, в дверь тихо стучат. Мы все замираем. Через секунду Тэйн открывает.

В купе вплывает бета — молодая, в струящемся белом платье, толкая перед собой резную латунную тележку с накрытыми серебряными блюдами. Запах пряностей и свежего хлеба наполняет помещение — у меня опять сводит живот.

— Угощения для вашего путешествия, — говорит она мягко, запинаясь, когда взгляд цепляется за Призрака. Он ворчит, и я прищуриваюсь на неё. — И… тёплая одежда для вашей омеги.

Она наклоняется под тележку и достаёт стопку белой сложенной ткани. Затем поворачивается ко мне, её взгляд задерживается, голова чуть склонена, будто она пытается понять, чтоя такое. Но это ощущение быстро проходит — она робко улыбается и протягивает мне ткань.

— Спасибо, — тихо бормочу я, принимая её осторожно. Я всё ещё настороже, но напряжение немного спадает, когда я ощущаю тепло материала. Разворачиваю ткань — это роскошный плюшевый халат, толще и мягче всего, что я когда-либо держала в руках.

— Я могу стоять, — говорю я Призраку.

Он нехотя ставит меня на ноги, и я сгибаюпальцы на ногах, чувствуя, как они утопают в кремовом ковре. Он настолько мягкий, что ступни мгновенно согреваются. Я накидываю халат поверх чужой одежды и начинаю раздеваться под ним — он огромен на мне, и мне совсем не хочется оставаться голой перед незнакомкой.

Призрак протягивает руку, забирая у меня одежду, пока бета расставляет блюда на столах. Деревянные бусины её ожерелья тихо постукивают друг о друга при каждом движении. В центре висит позолоченный кулон в форме черепа ибиса с третьим глазом.

Интересно.

Она замечает мой взгляд и снова улыбается, едва кивнув, прижимая кулон к груди — почти благоговейно. Наверное, это не просто украшение. Я не думала, что кто-то всё ещё религиозен, но бусины на нитке разделены узелками — напоминают чётки.

Пока она раскладывает подносы на маленьких столиках и разливает вино из алебастрового кувшина, я не могу не смотреть на неё. Она двигается одновременно плавно и чётко, почти как будто танцует. Золотые бусины на её вуали тихо звенят при каждом шаге.

Когда она заканчивает сервировку, она глубоко кланяется.

— Наслаждайтесь. Мы скоро отправляемся.

И, как появилась, так же бесшумно вышла.

Некоторое время никто не двигается. Богатые запахи, поднимающиеся от блюд, манят, но подозрительность держит нас на месте.