Книга Академия лунного света. Проклятие темных фей, страница 121 – Джулия Кун

– Никакой картошки, пока не приедем на место, – заявил он, помахав кусочком в воздухе, прежде чем отправить его себе в рот.

Я вздохнула:

– Тогда чего мы стоим, поехали!

Элайджа сразу же завел двигатель. Мы свернули на проселочную дорогу, проехали через родной городок и вскоре выехали на аллею, где по левую сторону стояли дома – Лайтвеллов и Хэвсвудов. Их разделяла лишь высокая колючая живая изгородь. Оба особняка, выстроенные в викторианском стиле, с безупречными фасадами и ухоженными садами, считались самыми красивыми в городе. Так было всегда. А без этой изгороди и незримой вражды между нашими семьями выглядели бы еще прекраснее.

Но чем ближе мы подъезжали, тем тревожнее мне становилось. Когда Элайджа включил поворотник и свернул направо, прочь от наших поместий, я едва сдержала вздох облегчения.

Через некоторое время на горизонте показалось море. Я догадалась, куда вез меня Элайджа. В нашу хижину на пляже.

По телу разлилось предвкушение, и, как только мы остановились на гравийной дорожке в нескольких метрах от домика, Элайджа выхватил у меня пакет с картошкой. Я выбежала из машины и вскоре стояла на краю скалы, жадно вдыхая соленый воздух. Он пах… волшебством. Точнее не скажешь. Как давно я здесь не была. Ну, то есть по-настоящему. Не только во снах Элайджи.

Несколько секунд я просто смотрела на чаек, круживших над волнами, и наслаждалась пейзажем. Да, из окна в академии открывался похожий вид, но этот – совсем другой. Здесь каждое воспоминание принадлежало только нам.

Тихий смех Элайджи вернул меня к реальности. Я обернулась и увидела, как он расстилает плед с шотландским узором.

– Что такое?

Я удобно устроилась на пледе, а потом проворно стащила пакет с картошкойфри и запихнула в рот сразу два вкусных ломтика.

– Каждый раз, когда мы здесь оказываемся, ты ведешь себя одинаково. Вылезаешь из машины, бежишь к обрыву, раскидываешь руки и делаешь глубокий вдох.

Я улыбнулась. Он хорошо меня знал. Впервые мы приехали сюда, когда только-только начали встречаться. Его родители не пользовались хижиной уже много лет, и выглядела она соответствующе. Раньше сюда часто наведывался дедушка Элайджи – подолгу сидел у окна с биноклем, наблюдая за чайками. После его смерти хижина стояла заброшенной, пока мы не открыли ее заново и не превратили в наш тайный уголок. Мы заботливо привели ее в порядок, обставили мебелью, и она стала нашим общим домом… а теперь ее собирались продать.

– Когда?.. – спросила я, еле дыша и не зная, хочу ли услышать ответ.

– Уже продали.

Я резко развернулась к нему, едва не рассыпав картошку.

– И когда ты собирался рассказать мне об этом?

– Сейчас. – На его губах заиграла улыбка, когда Элайджа достал что-то из кармана брюк. Он сжал кулак, так что я не смогла разглядеть, что там спрятано. – Я выкупил ее у родителей. Сказал, что дорожу воспоминаниями о деде.

Он раскрыл ладонь, в которой лежал маленький ключик на изящной золотой цепочке.

Глаза мгновенно наполнились слезами. Я отложила картошку в сторону, взяла его руку, чтобы переплести наши пальцы.

– Теперь ты всегда сможешь приходить сюда. В этих стенах навсегда останемся только мы. Даже если в реальном мире мне не суждено будет тебя поцеловать…

Он поднял цепочку, и холодный металл лег на разгоряченную кожу. Ключ занял место прямо над сердцем – там, где ему и предназначалось быть.