Книга Стажерка в наказание, или Академия Безликих, страница 39 – Лея Кейн

Он почесал в затылке, криво улыбнувшись:

— Тут такое дело, златородная… Я не люблю ее.

Оказывается, мое лицо умело удивляться. Глаза остекленели и в целом вытаращенные выглядели как у плюшевого мишки.

— Как это — не любишь? Зачем тогда ты с ней встречаешься?

— Она классная, — не задумываясь, ответил я.

— Классная?! Ты обманываешь девушку, потому что встречаться с такими модно? Дамиан, в тебе есть хоть капля совести? Ты не думал, каково ей будет, когда она узнает правду?

А у Варвары Элияровны и правда было пусто в разделе «романтика». В ее маленькой головке умещались только энциклопедии. Флирт, свободные отношения и кратковременные романы она не понимала. Топила за любовь раз и навсегда.

— Давай ты не будешь учить меня цеплять девчонок. — Я сполз спиной по стене и, подтянув джинсы, сел на корточки. — Амура не глупая. Она и сама вешается на меня только ради диплома. А что твой ненаглядный Кристиан де Аркур? Уже сделал тебе предложение?

Златородную это замечание оскорбило. И без того нелегко было после разлуки и после моего хука справа.

Дрожащими пальцами распрямляя записку, она опять шмыгнула носом. Даже жалко ее стало.

— Не скули, — попросил я. — Ну хочешь, я перед ним извинюсь?

— Хочу! — Бичующе посмотрела мне в глаза. Прощать меня не собиралась.

— Вообще не вопрос. Как только обменяемся телами, поговорю с ним по-пацански.

— Нет! Ты извинишься перед ним прямо сейчас! В точности повторишь слово в слово, — заявила сердито. — «Кристиан, прости меня, пожалуйста. Я решила, что меня тронул посторонний парень. Обещаю, такого больше не повторится». А потом мило улыбнешься и скажешь, что принимаешь его приглашение!

— Какое еще приглашение? Я никуда приглашаться не буду!

— Или ты извиняешься за меня перед Кристианом, или я… извиняюсь за тебя перед библиотекарем! — окончила разговор эта шантажистка и вернулась в аудиторию.

Стиснув зубы, я потер лицо. Дать бы кулаком в стену, да рука все еще вибрировала от удара. Это слабое тело меня доконает.

Выбора у меня не было. Ведьма не заслужила извинений Дамиана Рейнфрида. Пришлось идти в медпункт, где наша молоденькая фельдшер колдовала над носом Кристиана.

— Вы чего тут? — бросил я его дружкам, подпирающим дверь. — Бегом на лекцию!

Переглянувшись, они лениво вышли. Я подошел к блондинчику и вздохнул, как это сделала бы златородная —виновато.

— Ты, короче, это, сорян.

Его брови съехали на переносицу. Оторвав голову от подголовника кресла, он отодвинул от себя руку фельдшера и ответил:

— Варь, я ничего не понимаю. Если ты остыла ко мне, так и скажи. Я здесь ночи не спал, о тебе думал. Но сначала ты не удосужилась сообщить мне, что приезжаешь, а теперь это. Разлюбила — признайся. Разбежимся.

Как-то уж слишком радикально для по уши влюбленного парня. Может, Варвара Элияровна и кинулась бы к нему на шею, но я-то знаю, в каких случаях пацаны так грубо и сухо отвечают.

— То есть ты даже не попытаешься сохранить ваши… наши отношения? — уточнил я.

— А смысл? Если ты не хочешь. Терпеть тупые капризы? Что тогда будет дальше?

— Ясно, — кивнул я. — Удачи тебе.

— И тебе, — обозленно сказал он, снова откинув голову и позволив фельдшерше дальше подтирать ему кровавые сопли.

На лекцию я возвращался неторопливо. Решил пока не входить в кабинет. Отсиделся на подоконнике, болтая ногой и думая над тем, как холодно и отчужденно де Аркур отшил нашу златородную. Дело было не в том, что она приехала без предупреждения, и не в этом долбаном ударе. Он уже планировал порвать, просто искал, за что бы зацепиться. На спонтанность это не похоже. Голос у него был твердым, отрепетированным.