Книга Стажерка в наказание, или Академия Безликих, страница 43 – Лея Кейн

— Говорю же, им его подбросили.

— Как это?

— В академии есть традиция ежегодного награждения трех самых сильных курсов. Призы реальные, а не чисто символические. От классных вещей до путевок в крутые летние лагеря. Только это и подстегивает их учиться и набирать баллы. Эти болваны застряли на четвертом месте. Конец года близко. Шансов вырасти почти нет. Кто-то знал, чего они хотят. Был уверен, что они воспользуются этой возможностью.

— Получается…

— Этот кто-то совсем рядом. Среди нас.

— Если это сильный маг, он мог сам провести ритуал, — смутилась златородная.

— А что, если он вовсе не силен? Ему требовались партнеры. Видимо, единомышленников не так-то просто найти. Нет желающих освободить Тихого Морока. Вот и решил наш тайный друг воспользоваться чужими силами.

— Нужно проверить дверь!

— Не торопись. Успеем. Нам все равно в ту сторону. — Я поднялся и отряхнул задницу.

— Зачем?

— За ключом. Наши талантливые третьекурсники утопили его в Озере Слез.

Неожиданно я поняла, что мне стыдно перед Дамианом. Считала его бестолковым плейбоем, помешанным на дешевых интрижках, а оказалось — он может быть серьезным. С холодной головой подходил к решению нашей проблемы, пока я поддавалась эмоциям и чувствам.

— Болит? — Он кивком указал на мой глаз.

— Очень, — призналась я честно и с протяжным стоном, больше намекающим на съедающее меня чувство вины, чем на жалость.

— Подправить?

— Под вторым синяк поставишь? Для симметрии?

— Я не так кровожаден, как ты мечтаешь, — улыбнулся он. — Но если вдруг ты захочешь чуточку сладкой боли…

Нет, я все же поторопилась с выводами. Дамиан Рейнфрид целиком испорчен и развращен.

— Спасибо. Мне уже достаточно разной боли, в том числе психологической.

— Знала бы ты о моей психологической боли. — Он подергал ткань джинсов. — Какие же они у вас неудобные. Узкие.

— Ты еще колготки не пробовал.

Дамиан засмеялся, и та минута расслабления между нами значительно понизила уровень напряженности.

— Иди сюда. — Он шагнул вперед, задрал руку и приложил подушечки пальцев к нашему синяку. Да, именно к нашему. Ведь он был под его глазом, но получила его я. Прошептав обезболивающее заклинание, он отошел и подмигнул мне: — Сечешь, как я могу?

— Ну да, с моим-то даром.

— Ладно, пойдем, коза. Поищем ключ, заодно посмотрим, как там дверь. Позже разберемся с твоим бывшим и вашим поцелуем.

— Как ты меня назвал? — Мне было крайне непривычно слышать такое обращение. Вообще, словарный запас Рейнфрида был очень далек от тактичного.

— Как заслужила, так и назвал. — Он хлопнул меня по плечу и толкнул в сторону дороги. — Только прошу тебя, хорошенько почисти зубы и прополощи рот. Я хочу, чтобы к тому времени, когда я вернусь в свое тело, оно не имело ни малейшего следа от ваших слюнявых нежностей.

Я закатила глаза. Такой пустяк, а оба раздули из мухи слона. Один мне в глаз дал, другой теперь себя униженным чувствовал.

Едва мы вышли за ворота, как Дамиан свернул.

— Ты куда? — удивилась я, ведь нам надо было прямо.

— В кустики. — Он зашуршал пышными гортензиями, скрываясь среди густой листвы.

Я растерянно развела руками:

— Зачем?

— Твое тело хочет в туалет.

— Но не здесь же это делать! — Я по привычке топнула ногой, ноДамиана уже было не остановить.

Он облегченно выдохнул, скрыв мою лохматую голову за бутонами цветов, а мне оставалось лишь озираться по сторонам и молиться, чтобы нас не застукали. Вот позорище-то будет!