Книга Космический замуж. Любовь прилагается, страница 39 – Лия Валери

Хоук сел рядом, его тёплое, большое плечо прижалось к моему. Он наклонился, и его губы почти коснулись моего уха.

— Потому что ты как магнит, Ульяна. Сильнейший магнит, сбивающий все внутренние компасы. Мы от тебя отойти не можем. Даже если бы очень захотели. А мы не хотим.

Его слова повисли в тихом гуле приборов. Я смотрела то на него, то на Грэйва, который молча наблюдал за мной, и не пытался опровергнуть слова брата.

— Ради меня? — выдохнула я, всё ещё не веря.

— Всё это для тебя, — кивнул Грэйв. — Неужели даже после этого откажешь сыграть с нами в партию?

Он приподнял бровь.

И как после такого признания не согласиться?

Первые попытки управления виртуальным космолётом обернулись аварией. Но через полчаса стыд сменился приливом чистой, бешеной радости, когда я, наконец, поймала ритм.

Первые заезды я проигрывала с разгромным счётом. Хоук, ржал как дикарь, петлял между виртуальными обломками звёздолётов, а Грэйв методично и безжалостно выстраивал траекторию, срезая каждый поворот с математической точностью. Я же врезалась во всё подряд, кляня неповоротливое управление.

Но я — учёный. Я наблюдала. Анализировала. Заметила, что Грэйв всегда чуть задерживает поворот перед крутым виражом, чтобы не потерять скорость, а Хоук жмёт на газ, даже когда это бессмысленно, но его реакция невероятна. Я подстроилась. Перестала бороться и начала чувствовать.

И когда в четвёртом заезде я на последнем витке вышла из-за спины Грэйва и, подрезав Хоука на финишной прямой, первой пересекла черту, в комнате воцарилась секундная тишина, а потом Хоук сорвал с себя очки.

— НЕТ! — заревел он, не в силах скрыть восхищения. — Ты жульничала! Ты где-то код подкрутила!

— Чистая победа, брат, — невозмутимо констатировал Грэйв. — У неё коэффициент обучения зашкаливает. Я предупреждал.

Я стояла на диване, спрессованном под нашим весом, с очками на лбу, запыхавшаяся и сияющая от победы. Сердце колотилось уже не от тревоги, а от азарта. Я смеялась, глядя на их потрясённые лица.

— Что, «магнит» ещё и гонщица? — проворчал Хоук, но в его глазах горел азарт. — Ладно, реванш! Только теперь я выберу карту!

Я приготовилась к новому витку виртуальной гонки. Заглушённые звуками космических двигателей в наушниках и собственными криками, мы ничего не заметили, пока не закончился заезд и я, победно вскинув кулак, не сорвала очки.

— Видали⁈ — выпалила я, поворачиваясь к ним. — Кто тут теперь чемпион⁈

И вот тогда я увидела её.

В дверном проёме, опираясь на изящную трость с набалдашником в виде хищной птицы, стояла мать Грэйва и Хоука. Та самая, что появилась на нашей свадьбе как холодная гроза. Она была одета в строгий костюм цвета стального пепла, и её пронзительный взгляд медленно скользил по комнате, по сдвинутой мебели, по нам — троим взъерошенным, запыхавшимся взрослым, застывшим в нелепых позах.

В комнате мгновенно стало так тихо, что слышно было, как гудит мини-лаборатория.

Я спрыгнула с дивана, чувствуя, как жар победы сменяется смущением. Я попыталась пригладить растрёпанные волосы, бессмысленный жест.

— Так, ты ещё здесь, — произнесла она, будто резанула лезвием. — Я думала, сбежишь от этих мужланов на следующий же день. Оказалась… выносливее, чем предполагала.

— Ну да, — выдохнула я, беспомощно пожимая плечами. — Здесь.